Французский дипломат в изумлении потряс головой, и его розовые щеки заходили студнем:
– Ну, знаете ли! Вы, русские, все немного безумцы… Вам чем хуже – тем лучше.
Булгаков рассмеялся и весело сказал:
– Может, вы и правы. А за предложение – спасибо. Кстати, оно натолкнуло меня на одну идею. Не могли бы вы немного подождать, пока я черкну пару строк?
Граф пожал плечами и послушно опустился на табурет. Очень скоро Яков Иванович протянул ему на треть исписанный лист.
– Не откажите в любезности, передайте юному султану требование полномочного представителя России об освобождении из застенков Едикуля господина Булгакова Я. И., незаконно заключенного в крепость 107 недель назад.
– Хорошо, – растерянно проронил посол, – завтра же ваше письмо окажется у великого визиря. А там сами знаете, как звезды на небе лягут… Тут уж я не властен. Ну, я пойду…
– Честь имею.
И снова хлопнула дверь и заунывным фальцетом скрипнул замок. «Ничего-ничего, – успокаивал себя Яков Иванович, рассматривая через решетку ветку ивы, – недолго осталось томиться… недолго».
…Пройдет ровно три месяца, и 24 октября 1789 года после нескольких мелочных придирок Селим III выпустит русского посла на свободу. Где-то у греческих берегов его корабль едва уцелеет, попав в жуткий шторм. Он проедет пол-Европы и через Триест, Вену и Яссы доберется, наконец, до Петербурга.
Несмотря на болезнь, Екатерина II удостоит «цареградского гостя» личной аудиенции. Императрица пожалует ему несколько тысяч крестьянских душ и дарует щедрую денежную выплату. Следующей четырехлетней командировкой Булгакова станет Варшава.
Бранков спал беспробудно вторые сутки. Еще вчера впавшего в полубессознательное состояние пловца растерли спиртом, влили в рот кружку сладкого чая и уложили в постель.
Корабль уже приближался к Бейруту, когда в каюту кинооператора вошли трое: доктор Березкин, Неммерт и Ардашев. На лице капитана читалось нетерпение. Повернувшись к медику, он поинтересовался:
– Мы можем его разбудить?
– Я бы не рекомендовал. Во сне человек сам восстанавливает собственные силы, и это – лучшее лекарство.
– Я полностью согласен с Петром Игнатьевичем, – негромко выговорил Ардашев. – Кстати, в африканских племенах считают, что спящего вообще нельзя будить, потому что тогда его блуждающая душа не сможет вернуться обратно в тело. По их мнению, во время сна она кружит в пространстве и времени.
– Ну что ж, – передернул плечами капитан, – тогда зайдем позже.
– Присаживайтесь, господа, моя душа уже прилетела, – разомкнув веки, выговорил Бранков. – Вероятно, вы хотите что-то выяснить?