— По-моему, до сих пор ничего не понял, — ответила Куинн. — И тем не менее переехал ко мне.
— О Господи! Сочувствую. — Вновь забубнил Бен, и Зоя обратилась к нему: — Я же говорила: все в порядке. Твоя теща, оказывается, любит девочек. Отстань. — Куинн услышала в трубке смех Бена, потом Зоя добавила: — Я не шучу. Если ты не дашь мне поговорить, я не смогу выяснить подробности. — И вновь заговорила в трубку: — Нужно отдать должное нашей матери: она не слишком настойчива, но в конце концов добивается своего.
— Да, и с ее стороны было бы совсем недурно воспитать нас в таком же духе. — Куинн начала расхаживать по кухне, натягивая телефонный шнур.
— Судя по голосу, ты раздражена, — заметила Зоя. — Я и сама еще не знаю, как отнестись ко всему этому. Я была поражена, узнав, что у матери есть кто-то, кроме папы, но потом представила, каково было ей самой осознать это на склоне лет. Так когда же она это осознала?
— Ты не понимаешь. — Куинн уселась на табурет, и Кэти свернулась калачиком у ее ног, уверенная в том, что хозяйка какое-то время не будет совершать резких движений. — Мама говорит, что мечтала об этом долгие годы.
— Вот как?!
— Да. — Гнев Зои несколько приободрил Куинн. — Да, все это время она вбивала нам в голову свои понятия о добродетели, вела хозяйство, ухаживала за папой и рядом неизменно оказывалась тетушка Эди.
— Известно ли тебе, сколько раз она убеждала меня, что без секса можно обойтись, и призывала к тому, чтобы я прекратила гулять с парнями? — Голос Зои дрожал от возмущения. — Всю свою жизнь я верила, что наша добрая скучная матушка свято придерживается тех взглядов, которые проповедует.
— Думаю, столько же раз, сколько она хвалила меня за целомудрие, — ответила Куинн. — Когда я призналась, что мне было больно и неприятно расставаться с девственностью, она лишь сказала: «Теперь ты понимаешь, что такое секс». Мать говорила, что секс — неприятное занятие, ты утверждала, что его значение слишком преувеличивают, а я вам верила, и теперь это приводит меня в бешенство.
— Заткнись! — услышала Куинн голос Зои, и та сразу добавила: — Это я не тебе, а мужу. Тоже мне шутник нашелся. По его мнению, наша мама надеялась, что мы станем гоняться за девчонками. Так, значит, я утверждала, будто бы секс — не такая уж важная вещь?
— И не раз. Я никак не могла понять — зачем в таком случае ты бегаешь за парнями, и в конце концов решила, что хочешь позлить мамулю.
— Может, и так, — согласилась Зоя. — По-настоящему я вошла во вкус к тридцати годам. — Бен что-то сказал, и Зоя отозвалась: — Нет, не ты. Но и ты тоже неплох. А теперь, будь добр, отвали, дай мне поговорить.