Феликс чуть было не опрокинулся, когда перенёс вес на перемещаемую ногу, а под ней не оказалось опоры. Восстановив равновесие, он обнаружил, что перед ним ведущая вниз лестница. Мавзолей был действительно огромен.
«Кто бы ни построил это место, это обошлось ему в кучу денег, — подумал Феликс. — А почему бы нет? Они ведь собирались провести тут вечность, такова была их идея».
Теперь он мог слышать впереди шумное чириканье. Звучало так, как если бы скавены занимались каким-то непристойным ритуалом. Слабое свечение зеленоватого болезненного света освещало лежащий впереди коридор. Похоже, что они в шаге от того, чтобы столкнуться со скавенами в их логове.
* * *
Вилеброт Нуль захихикал, когда один из его поражённых проказой пальцев отломился и упал в булькающий котел. Это было хорошим предзнаменованием. Его собственная, изъеденная чумой плоть поможет насытить духа, скрывающегося там, и усилит варево, которое вскоре принесёт смерть его врагам. Котёл Тысячи Болезней одновременно и священная реликвия, и оружие клана Чумы, и он планировал, что оба эти предназначения будут исполнены вместе.
Из своей сумки он достал полную пригоршню порошка искривляющего камня и бросил её в огромный чан. Его оставшиеся пальцы покалывало от прикосновения к искривляющему камню, и он облизал их начисто, ощущая, как покалывание переходит на его язык. Нуль облизал свои дёсны, чтобы некоторое количество порошка попало на находящиеся там гнойники и язвы; возможно, это сделает их содержимое ещё более заразным.
Нуль отхаркнул в рот огромный сгусток слизи и затем сплюнул его в густое варево микстуры для лучшего эффекта, всё это время перемешивая огромным ковшом, вырезанным из бедренной кости дракона. Он ощущал болезнетворную силу поднимающуюся от котла, как обычный скавен мог бы чувствовать жар огня. И это походило на то, как если бы он находился перед мощнейшим токсичным пожаром.
Аббат глубоко вдохнул, втянув в лёгкие крепкие испарения от варева, и немедленно тяжело закашлялся. Он практически мог ощутить, как его лёгкие забиваются жидкостью под воздействием заражения. «Это всего лишь вознаграждение, — думал он. — Планы реализуются, как должно. Испытания почти закончены».
Новая чума была настолько смертоносной, как он надеялся, но наиболее важным являлось то, что это его личная заслуга. Он воспользовался старой рецептурой, но самостоятельно добавил новый секретный ингредиент. После этого, навсегда среди правоверных клана Чумы она будет известна, как «Чума Нуля». Его имя будет вписано в великую книгу «Либер Бубоникус». Его долго будут помнить, как создателя нового заболевания, того самого, что истребляет создания, не обладающие мехом, как безжалостный хищник свои жертвы.