И они помчались, испуганные прохожие вжимались в стены, взлетали одним скоком на крыши. Скакуны ночной стражи, увидев ожившее чудовище, встали на дыбы, развернулись в прыжке и умчались в неведомую даль.
На бегу Олег попросил Перуна:
— Перенеси меня к Синеусу, надо его попросить о помощи.
— Когда?
— Как только отплывём.
— Есть, будет сделано, гражданин начальник, — крякнул от удовольствия Перун.
Домчались, нет, примчались, ко дворцу эмира.
— Фенрирка, исчезни! — котёнок растворился. Осталась только его белоснежная зубастая улыбка.
— Я же тебя попросил, исчезни совсем, улыбку свою тоже спрячь куда-нибудь подальше.
— Приветствую тебя, Олег, — Надир поклонился.
— Доложили или ещё не успели?
— Успели! Тот, кто надоумил твоего кормчего, уже доставлен к тебе на драккар для дознания.
— Сейчас поговорим. А я ухожу в Египет, но перед этим надо встретиться с визирем.
— Зачем? Старый стал, задаю тебе глупые вопросы. Но я могу своей властью тебя защитить, не переживай.
— Я спешу, ты мне нужен здесь, а не в пыточной халифа. Месяца через три или пять к тебе придут викинги, сто кораблей. Пока плыли к тебе, я сделал эскизы осадных машин, придумаешь, как их разбирать. Сделай все. Если не будет хватать денег, вызывай меня или напрямую Саваофа. Вперёд, в бой за будущее! Да, вот ещё: организуй разведку городов Южной Италии, потом вместе подберём, какой будем брать. Если в Египте всё случится так, как я задумал, мне подарят Кипр, он и будет нашей первой военно-морской базой.
Надир ничего не понял про какую-то военно-морскую базу, но в его вежливом поклоне высветилось и проявилось:
— Слушаюсь и повинуюсь, о пророк…
Луна своим мертвящим сиянием загасила чуть светящиеся звёзды, только в гавани полыхает пламя ненависти и оранжево-злобные факелы в руках обезумевшей от ненависти толпы, страшные гневные проклятья ураганом бьют по дружине. Но бедуины на своих великолепных скакунах ждали приказа: убить или защитить. Уже огонь пожирал склады, добрался до причала, дружинники стоят истуканами, руки на мечах, стрелы в колчанах, луки без тетивы, ждут, ведь вождь приказал — ждать!
Всё это квакающее, громкоорущее болото разорвал медвежий рык:
— Прокляну! Уверовали ли вы в Аллаха и в последний день? Но вы не верите! Вы пытаетесь обмануть Аллаха и тех, которые уверовали! Но обманываете только самих себя и ничего не знаете! В сердцах ваших болезнь! Пусть же Аллах увеличит вашу болезнь! Для вас — мучительное наказание за то, что вы лжёте. А когда вам говорят: «Не распространяйте нечестия на земле!», — вы говорите: «Мы — только творящие благое». Расступитесь и исчезните, мы идём на край земли за святынями.