— Ты что, педик? — презрительно усмехнулся Чаки Диммик, которого Джереми мысленно окрестил Чаки Тупица[17]. Парень был настоящим дебилом, неспособным мыслить самостоятельно. Чаки не знал, почему вообще Руд с ним «зависает», ведь Руд был гораздо смышленнее его. Разве только потому, что каждому королю нужны шуты. Чаки с надеждой посмотрел на Руда, ожидая, что тот оценит его остроумие. — Да уж, готов поспорить, он любит через задницу. Разве не так, Джизз?
Чаки ткнул Руда локтем и пьяно загоготал над собственной шуткой.
— Заткнись, кретин! — бросил ему Руд.
Прыщавое лицо Чаки вытянулось, и на нем проступило выражение обиды, которое в сочетании с врожденной тупостью и алкоголем выглядело почти комично. Руд снова повернулся к Джереми, положил руку ему на плечо и заговорил вполголоса:
— Чувак, ты же не хочешь, чтобы тебя приняли за гомика? Ведь это будет совсем не круто, согласен? А теперь сделай так, чтобы дядя Руд тобой гордился. Я на тебя рассчитываю! — Он лениво подмигнул Джереми, словно речь шла о какой-то понятной только им двоим шутке.
— Да пошел ты… — проворчал Джереми с незлобной ухмылкой, чтобы не подтвердить собственные подозрения в том, что он на самом деле может быть гомиком.
Руд снова наклонился к нему и также негромко, но уже без теплоты в голосе посоветовал:
— Ты со мной не шути, парень. Я тебя всячески продвигаю, а ты меня позоришь.
— Вы, ребята, вообще полное дерьмо! — рассмеялся Джереми, не желая рисковать и без того непрочной дружбой. Он с наигранным отвращением покрутил головой и попытался пройти мимо Руда и Чаки. Но прежде чем он успел что-либо осознать, Руд схватил его за руку и повалил на матрас под дружные взрывы смеха Чаки и Кенни. К тому времени как Джереми удалось подняться, остальные уже выскочили в коридор.
Дверь захлопнулась, и комната погрузилась в темноту. Из коридора доносился приглушенный гогот и звук перетаскиваемой мебели. Пошатываясь, Джереми подошел к двери. Обнаружив, что с другой стороны к ней придвинуто что-то тяжелое, он принялся стучать в нее кулаками.
— Эй, парни! Откройте! Это уже не смешно!
Сзади послышался пьяный смех девушки. Каролины? Кэрри Энн?
— Ты что, такой большой мальчик, а темноты боишься?
Джереми, который уже поднес руку к выключателю, тут же ее отдернул.
— Я этого не говорил.
— Иди сюда, — позвала она. После недолгих раздумий Джереми пересек комнату и присел на матрас, поджав колени к груди. — Извини, напомни, как тебя зовут. А то я слегка перебрала. Если ты вдруг не заметил… — Она тихонько захихикала, а потом принялась икать.