— Вы кто?
Он обходит конкретность вопроса.
— Старинный друг.
Дверь жужжит. Винс поднимается по широкой лестнице, массивные деревянные перила изрезаны и испещрены незатейливыми граффити. На третьем этаже у двери его ждет пожилая итальянка в халате. Черные кудрявые волосы, глубокие морщины вокруг глаз и у рта, кустики толстых черных волосков растут из двух больших родинок на подбородке.
— Миссис Колетти? Я… Винс Камден. — Протягивает руку.
Она не отвечает рукопожатием.
— Если ты такой большой друг моего мужа, чего ж я о тебе никогда слыхом не слыхивала? И чего-то я тебя не узнаю.
— Меня несколько лет не было в Нью-Йорке. Волосы раньше были длиннее.
— Говоришь, раньше с Домом работал?
— Да.
— На старом месте в Квинсе?
— Да.
— Ты водопроводчик?
Винс припоминает, что Колетти по специальности водопроводчик, хотя, как все его коллеги, наверное, ни дня не работал по профессии.
— Чего-то ты на гангстера не тянешь. Да и на итальянца тоже.
— Да, — соглашается Винс. — Я не итальянец. И не водопроводчик.
Она поворачивается и входит в квартиру. Винс следует за ней. Перед ним открывается маленькая пыльная гостиная.
Простые обои то ли когда-то были бежевыми, да выцвели, то ли белыми, но запылились и состарились. На всех плоских поверхностях в комнате стоят портреты внуков: на обеденном столе, журнальном и кофейном столиках, на телевизоре, камине и в серванте. У всех внуков, мальчиков и девочек, одинаковые гладко расчесанные черные как смоль волосы до плеч с идеальным пробором по центру головы.
— Что тебе надо от Дома?
— Просто… хотел поговорить с ним, — отзывается Винс.
— Теперь уж никто не приходит навестить Дома. — Она хмурится. — А это просто преступление. Он же для вас всех столько денег зашибал. Всегда верным был. А если кто из вас в тюрьму попадал, Дом брал на себя заботу о его семье. — Она приближается к Винсу. — А чем вы ему отплатили? Когда беда на нас свалилась, зашли вы спросить, не надо ли мне чем помочь? Или теперь? Разве вы заглядываете к нам? Все вы, молодые, зарабатывающие на наркотиках и торчащие в «Студии 54». Я читаю газеты и знаю, что такое «Студия 54». Может, вы зашли и поблагодарили моего Дома? Grazia, paisan… famiglia![16] Сделал ты это, водопроводчик?
— Нет, — отвечает Винс. — Пожалуй, нет.
— Пожалуй, нет, — передразнивает она.
Добавить больше нечего, старуха поворачивается и идет по узкому коридору, в который выходят три двери. Винс идет следом. Она останавливается перед настольным алтарем — девять обетных свечей, четки, статуэтки Богородицы и нескольких святых, стоящих вместе и похожих, как кажется Винсу, на безработных футболистов в балахонах. Желтые волосы, красные губы и голубые глаза, нарисованные слегка несимметрично.