По щекам льются слезы. Песня заканчивается, и начинается следующая, которую исполняет женщина. Не спрашивая разрешения, я нажимаю на перемотку и включаю запись с начала. Потом еще раз и еще. Я вслушиваюсь в звуки голоса своего отца, прикасаюсь к его красивому лицу и тонким рукам.
Просмотрев запись четыре раза, я замираю перед экраном и только сейчас замечаю, что Мэри сидит рядом со мной на полу. С другой стороны подсаживается Дэвид и кладет диск мне на колено.
— Он твой.
Сжимаю пальцами пластиковый футляр.
— Это мой отец.
— Итак, дети, — говорит Стелла, — давайте поиграем в Уно. — Кто первый добежит до кухонного стола?
Когда Кэрри с семьей уходят, Мэри берет мою руку.
— Как давно ты об этом знала?
— Узнала совсем недавно. Мама оставила мне свой дневник. — Оглядываю Мэри и Дэвида: — Вы тоже знали?
— Нет, разумеется, нет, — спешит ответить Дэвид. — Твоя мама была порядочная женщина, не смогла бы никому в этом признаться. Но все знали, что он в нее влюблен.
Меня душат рыдания, и я плачу до тех пор, пока есть силы. Мэри гладит меня по спине.
— Он был хорошим человеком? — спрашиваю я, отдышавшись.
— Самым лучшим, — отвечает она.
Дэвид кивает:
— Джонни был парнем что надо.
— А где он сейчас? — осторожно спрашиваю я.
— Последнее, что мы слышали, — он собирался уезжать на Запад. Но это было пятнадцать лет назад.
— Куда? — В душе загорается надежда. — В Лос-Анджелес?
— В Сан-Франциско. Но мы потеряли с ним связь. Возможно, он переехал.
— Это уже кое-что. Я наняла детектива, он искал его по всей стране много месяцев. Вы не представляете, сколько у нас Джонни Маннсов.
Дэвид тихо кашлянул.
— Милая, его фамилия не Маннс, а Мэнсон. Маннс он использовал как сценический псевдоним в память о том страшном массовом убийстве. В семидесятых фамилия Мэнсон была опозорена.
Каждое его слово впивается в меня острой иглой.
— Джонни Мэнсон? О боже! Боже мой! Спасибо вам большое! — Обнимаю по очереди Мэри и Дэвида. — Теперь я смогу его найти.
— Думаю, даже твоя мама не знала его настоящего имени. Я сам узнал случайно. В одно лето я подрабатывал в «Джастинс» барменом и видел платежные ведомости.
— Если бы я не поговорила с вами, то до конца жизни могла бы искать его впустую.
В голову приходит мысль, от которой по спине бежит дрожь. Стремление достичь цели под номером девять привело меня к Кэрри, а встреча с Кэрри приведет к моему отцу. Неужели мама знала, что все будет именно так? Обретение старого друга и отца. Два в одном.
Мы с Кэрри идем к моей машине, за нами Мэри несет пакет с собранной для меня едой. Я беру телефон и набираю номер Брэда.