Костры Сентегира (Мудрая) - страница 129

— Не говори о том, чего не знаешь.

Потом они с Кардиненой мыли посуду, чистили лошадей перед завтрашним походом, сушили намокшую и чистили грязную одежду.

И уже в темноте Кардинена сняла свой и его змеиные футляры с волос, кое-как расчесала и вымыла его волосы в дождевой воде, которую зачерпнула из выемки в скале, и заплела две тугие косы.

— Что это значит? — спросил Сорди. — Пускай я воин, но ведь совсем неопытный. Не как Иштен.

— Меня другие руки в конце надвое переплетут, — ответила она, облачая его новые косы каждую в свой футляр. — Да хоть начетверо. А сейчас нужно всем показать, что ты мне не защита, но и за меня не ответчик — идёшь сам по себе.

— Это я буду решать, кто кому защита, — ответил Сорди. — Не дело в таких местах ходить порознь. И от ученичества не отрекусь — отчего ты считаешь, что мне такое не уже не нужно?

Кардинена рассмеялась:

— Одно дело — советы давать, притчи складывать, подстраивать обстоятельства, а другое — требовать, чтобы ученик был в твоих руках как труп в руках обмывальщика. Последнее нам больше без надобности.

— Так я могу спрашивать, о чём вздумается?

— Конечно. Только я по-прежнему не на всё стану отвечать.

— Карди, вот твоя карха мэл как зовётся — можно, ты мне напомнишь?

— Это Денгиля, — нехотя ответила она. — Тергата, как и августовский праздник гроз. Я ее после него себе взяла, вместе с именем. И, как задумала, вместе с судьбой.

После таких слов и не положено спрашивать дальше, понял он. Но и нужно спросить — хотя бы ради того, чтобы не прослыть пустословом.

— Что нужно для того, чтобы моя карха гран получила имя?

— Дождаться этого имени. Дождаться крестника для сабли.

— А чтобы дать ей достойные ножны? Не то чтобы эти плохи, однако…

— Найти такого друга, чтобы сумел выковать их из собственной плоти.

— Спасибо тебе.

«Я заплачу за любую свою дерзость, — хотел он добавить, — за любой камешек под подошвой твоих гутулов, что подброшу или уберу без спроса, но позволь мне, как прежде, быть с тобой рядом».

Но не добавил: Кардинена знала об этом и так.

Только предложил мягко и с достоинством:

— Ты спи сейчас, а мне не до этого. Посторожу: вчера ночью и сегодня днём я вдосталь наотдыхался.

XVI

С утра сделался мороз. Вода с неба убралась, но вместо неё ветер приносил резкий запах снега с далёких вершин. Лёд гулко трескался под копытами лошадей, промёрзшая земля гудела колоколом, камешки, на мгновение обнажая землю, рассыпались по сторонам с сухим шелестом: здесь не было старого русла, вода едва успела накрыть глину обломками своей добычи. По небу катились ровные валы туч: в промежутках то появлялось, то снова исчезало пронзительно голубое небо. Всадники нахохлились под своими ягмурлуками, плотно натянув капюшоны на голову и поблёскивая глазами через прорези. Крошечный отломок ледового сахара в гранитных щипцах, — вот чем был для обоих неохотно показавшийся впереди Белый Сентегир.