Размышляя об этом, Найденов скользил взглядом по приборам, почти бессознательно отмечая их показания. Но вот взгляд задержался на бензиномере. Найденову показалось, что и в прошлый раз, когда он смотрел на этот прибор, стрелка стояла на том же делении.
— Что показывал бензиномер, когда мы с вами взлетели? — спросил он штурмана.
Тот заглянул в журнал.
— Ноль, запятая, ноль девять.
— Стрелка в том же положении! Можно как-нибудь еще установить уровень бензина?
— Механик мог бы это сделать по контрольным кранам.
— А вы почему не можете?
— Это не моя специальность… Чтобы добраться до кранов, нужно проползти в крыле.
— Сделайте это немедленно.
Штурман повиновался, но результат его исследования был более чем печален: горючего осталось не больше, чем на полчаса. Дойти на этом до своего берега невозможно. По выражению лица немца понятно было, что открытие его окрылило.
Внимательно рассмотрев карту, Найденов догадался о причине этой радости: расстояние до побережья, занятого противником, было меньше, чем до той части берега, где были советские войска.
Штурман ткнул карандашом в кружок на карте — небольшой порт, служивший гитлеровцам базой на этом участке фронта.
— Сюда дотянем, — не глядя на Найденова, сказал немец.
Найденов молча изучал карту.
— Нас тут отлично примут, — продолжал немец. — К вам отнесутся так же хорошо, как вы отнеслись ко мне. Слово офицера: вы будете есть, пить и безмятежно покуривать до конца войны немецкие сигареты.
— Я вижу, формула вам понравилась. Но… я не выношу эрзацев.
— О, как можно! Здесь мы питаемся самыми настоящими продуктами.
Найденов задумался. Потом сказал:
— Мы пойдем вдоль побережья. Вот так. — И показал в сторону неприятельского сектора.
Лицо штурмана расплылось в улыбке. Он склонился над своим столиком.
Найденов вел самолет на запад. Дорого дал бы он сейчас за то, чтобы увидеть в воздухе силуэты родных самолетов. Но небо было пусто. Неужели он напрасно потратил остатки горючего, стараясь выйти на обычную трассу советских самолетов, отправляющихся на боевое задание к неприятельским берегам? Но что это за точки там, на горизонте? Одна… две… три…
Девять! Девять самолетов! Наверное, возвращаются с задания советские бомбардировщики.
Найденов уверенно повернул в их направлении.
Увы! Через несколько минут он понял, что обознался: это были гитлеровцы.
Они шли от берега к открытому морю. Ведущий девятки качнул крыльями, приветствуя коллегу. Найденов ответил тем же и надел наушники. Вторую штурманскую пару наушников он вместе с микрофоном положил себе на колени.