— Только права и техпаспорт, если не возражаете, — произнёс легавый. — Знаете, что вы ехали с незажженными фарами, мисс.
— Но я же могу видеть в темноте, — энергично закивала Японика, — я очень хорошо могу!
— У её сестры схватки начались час назад, — Блатнойд, воображая, что таким шармом выпутается из штрафа, — а мисс Фенуэй дала слово, что успеет как раз к родам, поэтому у неё там сзади внимание, может, чуть и рассеялось?
— В таком разе, — сказал легавый, — наверное, за рулём должен быть кто-то другой.
Японика резво перескочила на заднее сиденье к Блатнойду, Док скользнул на её место, а Денис пересел вперёд. Легавые смотрели на них и сияли, как преподаватели этикета.
— О, и нам нужны удостоверения личности всех в машине, — объявил щегол.
— Сам-собой, — Док, извлекая свою лицензию ЧС. — В чём дело, офицер?
— Новая программа, — пожал плечами второй, — знаете же, как оно, ещё один повод для бумажной волокиты, назвали её «Культнадзор», любое сборище из трёх или больше гражданских лиц теперь определяется как потенциальный культ. — Щегол ставил галочки в списке, прицепленном к планшету. — Среди критериев, — продолжал меж тем второй, — ссылки на «Откровение», особи мужского пола с волосами по плечи или длиннее, подвергание опасности окружающих посредством автомобильной рассеянности, и вы, ребята, всё это продемонстрировали.
— Ну да, чувак, — встрял Денис, — но мы же в «мерседесе», а он только в один цвет покрашен, в бежевый — нам разве за это очки не полагаются?
Тут Док впервые заметил, что оба лягаша… ну, не вполне дрожат, ибо полиция у нас не дрожит, но уж точно вибрируют от пост-Мэнсоновой нервозности, коя в данное время правила всею округой.
— Мы всё это сдадим, мистер Спортелло, оно поступит в какую-то главную базу данных тут и в Сакраменто, и если никаких ориентировок или ордеров, с вами связанных, не всплывёт, о чём нам пока не известно, вас больше трогать не будут.
* * *
По указке д-ра Блатнойда Док свернул с Заката и чуть ли не сразу же дал по тормозам — перед воротами, охраняемыми какой-то частной болонью.
— Добрый вечер, Генрих, — зычно поздоровался Руди Блатнойд.
— Приятно видеть вас, д-р Б., — ответил часовой, пропуская их внутрь. Они пошли петлять по Бел-Эйру, вверх по склонам и каньонам, и прибыли к особняку с ещё одними воротами — низкому и почти невидимому среди окружающего ландшафтного садоводства, до того, казалось, выстроенного из самой ночи, что с рассветом исчезнет. За воротами мерцал во тьме бледный разрез, в котором Док наконец опознал ров с поднятым мостом на ту сторону.