Так было всегда.
Так не было никогда.
Его набухший стержень прижался ко входу в лоно. Рен помедлил, но она уже успела довести его до предела. И он одним рывком вошел в нее.
Она взвизгнула. Он замер.
— О нет! О, Калли, прости. Я остановлюсь…
Он попытался выйти из нее.
Как больно!
Калли сжала его ногами, обвила ими талию и не пустила дальше.
— Нет, дорогая, пожалуйста, дай мне выйти.
Она снова поцеловала его, пытаясь отвлечься от разрывавшей ее боли.
Рен осторожно обнял ее и стал целовать, жарко, исступленно, разжигая страсть, пробуждая желание с новой силой.
Острая боль превратилась в жгучую, а потом почти утихла. Она почувствовала, что снова увлажняется. И сжала его еще крепче.
Когда тело ее чуть расслабилось, когда пальцы, запутавшиеся в его шевелюре, разжались, он немного высвободил свое копье. Лицо застыло, словно маска.
— Ты… не из терпеливых… верно?
Калли тихо, прерывисто засмеялась.
— Нет, я упрямая, что не одно и то же.
Он снова поцеловал ее, нежно, соблазняюще, покусывая губы, проникая языком в рот. Она чувствовала это, чувствовала, как тает под его прикосновениями, чувствовала голод, чувствовала жар.
Рен стал погружаться в нее медленно, но решительно. Она расцепила ноги, и он продолжал двигаться между ее коленями. Двигался на ней, в ней ее темный любовник, ее муж, человек, которого знала она одна. Его язык проникал в ее рот. Точно так же, как его фаллос погружался в ее лоно.
Когда он медленно проник до ее сокровенных глубин, Калли ощутила резкую боль. Когда самая толстая часть его стержня растянула вход, она ощутила жжение. Но в промежутках, о да, она нежилась в сладостном потоке наслаждения, которое он ей дарил.
Как ласкал внутри. Как открывал для нее все новые ощущения. Как владел ею. Как отдавался ей…
«Я люблю тебя».
Она не сказала этого вслух. Не время. И все же. Она любила его… любила вкус этого человека, текстуру кожи, его ум, сердце и чувства.
Он этого не знал. Он думал, что владеет ее телом. Думал, что владеет ее ощущениями. Ему не нужно ее сердце. Не сейчас, когда он только что стал обретать свое.
Но тут прилив ощущений унес все мысли, покачивая на теплых солоноватых волнах наслаждения, чуточку оттененных болью. Он целовал ее снова и снова, словно не мог насытиться.
Но тут она тоже обрела ее, золотую лестницу блаженства, спиралью уходившую в бесконечность, зовущую вверх…
Он должен двигаться быстрее, она хочет большего… прямо сейчас.
Рен почувствовал это, догадался и стал вонзаться в нее с большей силой. И оторвался от ее губ, чтобы она могла ловить ими воздух и стонать, и кричать, а потом рассыпаться в сладких содроганиях. Рен успел сделать еще один выпад, еще…