Рен поцеловал ее в ушко.
— Каждая клеточка моего тела восторгается твоими прикосновениями, но я не настолько чувствителен, как ты.
Он запустил руку в ее вырез и ущипнул за сосок. Она ахнула и вся подалась ему навстречу.
Он едва сдержал стон.
— Я хочу любить тебя, Калли. Хочу ласкать каждый клочок кожи и жду от тебя того же самого.
— Не возражаю, — вздохнула она, скользя ладонью вниз. Рен, в свою очередь, судорожно вздохнул, когда прохладные пальцы прошлись по его головке. Он слегка вздрогнул. Калли обхватила его фаллос рукой.
— Мне понравилось сосать тебя, — прошептала она. — И понравилось, когда ты в меня излился. Мне понравился твой вкус.
Голова Рена кружилась. Небо сладчайшее, как она откровенна! Ничего не скрывает!
Он пытался найти хоть одну связную мысль.
— Мне твой вкус тоже нравится.
— Я и не подозревала ни о чем подобном, хотя довольно начитана для своего возраста, — рассуждала она. — Ты все это придумал сам?
Рен невольно рассмеялся.
— Нет, это довольно известная вещь, но большинство леди отказались бы от того, что ты делаешь так хорошо.
— Но почему? — удивилась она. — Другому они тоже отказали бы?
Рен с каждой секундой терял способность сосредоточиться.
— По моему опыту — нет.
Прежде чем он успел удержать ее, она соскользнула вниз и опустилась перед ним на колени.
— Калли, я… — пытался протестовать Рен.
Ее горячие губы обхватили его. Он вцепился в подлокотники кресла и застонал, погрузившись в наслаждение настолько, что не мог думать.
Калли глубоко втянула его жезл и стала кругами водить по нему языком. В следующий раз нужно не забыть про жемчужину.
Она хотела, чтобы он взял ее, и ей нравилась длительная прелюдия, что говорило в пользу Рена. Поэтому она не торопилась и ласкала его долго, продлевая сладостную пытку, пока он не проник еще глубже, желая войти в нее.
Да.
Она оставила его в кресле задыхающимся и трепещущим и откинулась назад, упираясь ладонями в ковер и раздвинув бедра, при этом жарким взглядом окидывая мужа сквозь пряди упавших на лоб волос.
— Я хочу, чтобы ты вошел в меня, — прошептала она.
Синие глаза сияли, как полуденное небо, но Рен не отпустил подлокотники кресла. Очевидно, все еще колебался. Тогда Калли призвала на помощь чары волшебного неглиже и повела плечом. Бретелька упала. Лиф соскользнул.
Он стремительно обрушился на нее, завладев губами, вжимая в пол, одной рукой проникая между бедрами, одновременно поднимая подол и раздвигая ноги коленями.
Калли вцепилась ему в волосы и неистово стала целовать в ответ, словно предлагая себя, если он только примет ее и возьмет.