Для Рена жемчужины олицетворяли постыдную сделку и неизбежную потерю Калли. Когда она чувственным жестом провела пальцами по сверкающим шарикам, он почувствовал, как сердце болезненно сжалось.
Он накрыл ладонью ее руку.
— Пожалуйста. Я не могу смотреть на них, не вспоминая о всех бесстыдных вещах, которые хотел с тобой сделать.
— Как?! Разве есть что-то еще? — ахнула Калли.
Боже, он породил чудовище.
— Калли, нет. С моей стороны было нехорошо использовать тебя таким образом. Я… забылся. Не хочу, чтобы эта тьма вновь легла между нами.
— Они приятны, эти бесстыдные вещи?
Он покачал головой…
— Калли, это темное и извращенное наслаждение. Я не могу обращаться с тобой подобным образом.
Она долго смотрела на мужа.
— Скажи: у человека есть топор.
— Что?
— Это исходные данные.
Она положила руку на его прикрытые простыней чресла.
— Скажи!
— Хорошо. У человека есть топор.
Она кивнула.
— А теперь, скажем, что человек воспользовался топором, чтобы взломать дверь соседа. Это хорошее или дурное деяние?
— Дурное, разумеется, — удивился Рен.
Калли прищурилась.
— А если соседский дом горит и человек хочет спасти жену и детей соседа?
— Тогда это благое дело, — нахмурился Рен. — Но…
— Действие одно и то же. Разница в намерениях. Если ты использовал свой топор… чтобы дать мне наслаждение, разве это не благое намерение?
— Ты часто это проделываешь? — мрачно осведомился Рен.
Она невинно захлопала ресницами.
— Не пойму, о чем ты.
— Ну, конечно!
Он откинул одеяло и спустил ноги с кровати.
— Так и вижу, как все Уортингтоны собираются за ужином и устраивают дебаты. Я прав, не так ли?
Она чинно сложила руки на коленях.
— Я отказываюсь отвечать на том основании, что нарушу клятву никогда не упоминать определенную социальную группу, находясь с тобой в одной постели.
Он склонил голову набок, рассматривая свою злодейку-жену.
— Я так и подумал.
Он уже предвидел будущее, в котором ему не выиграть ни единого спора! Если очень-очень повезет…
Рен встал.
— Подожди!
Он повернулся к Калли. Она приподняла подол с жемчужинами и поползла на коленях по матрасу.
— Я должна кое-что тебе сказать.
Она покидает его. Теперь у нее достаточно жемчужин, и она может спокойно уйти.
Калли взяла его за руку, заставила сесть и, серьезно взглянув на мужа, призналась:
— Я подумывала сначала соблазнить тебя, но это будет немного нечестно…
Рен резко отстранился.
— Немного нечестно?
Она подползла ближе, положила руку ему на грудь и умоляюще прошептала:
— Рен, пожалуйста… я знаю, ты рассердишься и будешь прав. Я заслуживаю взбучки и знаю это.
Взбучки?
У Рена сжалось сердце.