Как решить, куда смотреть в первую очередь? У самых ног лениво шуршит тёмно-лиловое море. Высокие, непривычно прямоугольные парусники, увешанные фонариками возвышаются над причалами. На заборе сидит невозмутимый чёрный баклан. От складов тянутся вереницы татуированных грузчиков, таскающих тюки и корзины. Повсюду люди в непривычных нарядах...
Глаза разбегались от богатства выбора. И тут прямо у меня над ухом заверещали.
- Эй ты, сопляк!..
Боковое зрение ухватило смазанное движение. Я безотчётно дёрнулся в сторону, но уворачиваться не понадобилось. За долю секунды до удара меня подхватили, плавно вынесли из-под оплеухи и бережно поставили на землю.
Коренастый мужичонка недоумённо разглядывал пустую тумбу, а заметив, что пропавший мальчишка спокойно стоит рядышком, начал надуваться раздражением. Плюгавец был при длинном мече, и Гай, торопливо поклонившись, попятился, нарочито боязливо задвигая меня за спину.
- Простите, господин! Пожалуйста, извините нашу неловкость!
Коротыш, подобрав полы хаори, устроился на высоковатом для него сидении.
- Хн!.. Эта мелюзга, никакого воспитания!
Гай надавил рукой на мой загривок, заставляя согнуться чуть не до земли, и настойчиво прошипел:
- Хикари, извинись сейчас же!
Пришлось каяться незнамо в чём.
- Простите! Простите, пожалуйста, что заставил вас ждать, господин!
- Проваливайте! - отмахнулся малолитражный меченосец.
М-да... "Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать". Но в тёмный угол меня уволок Гай, а через пару минут вернулся и Какаши. Взрослые обменялись нечитаемыми взглядами. Хатаке осторожно взъерошил мне волосы.
- Всё нормально, мелкий?
- Угу.
Ни минуты не сомневался в том, что он видел инцидент на пристани, но, похоже, комментариев не будет. А вот мне хотелось бы задать пару уточняющих вопросов. Общественные нормы не самое моё сильное место, возможно, я что-то неправильно понял, или по незнанию нарушил.
- Отец, а за что он хотел меня ударить?
- Не за что, а почему, Хикари.
- И почему?
- Потому что он мог.
- А-аа... понятно.
- Привыкай.
М-мм... Как-то не хочется привыкать к тому, что каждый хрен с оружием может насовать мне оплеух. Гордыня ропщет! Опять же, в Листе к маленьким детям относятся заботливо и даже голос на них редко повышают. То, что мне случалось огребать от взрослых - непоказательно. Я по сравнению с местными детками настоящий Бутч Кэссиди! Да и огребал за дело, с воспитательными целями, а не так... чтобы покуражиться.
В тесноте деревянного кораблика у нас была своя каютка сразу под палубой. Крошечная и обшарпанная, зато с окном! Я бы всю ночь возле него просидел, глядя на влажно вздыхающие волны, но Какаши прогнал спать.