— А стаканчики есть?
— Стаканчиков нет.
— Я из горла не пью.
— Я тоже. Предлагаю распить это шампанское вон в том кафе.
— Нас опять примут не только за сумасшедших, но и за бомжей.
— Да и пусть. Если мы сядем за столик и попросим два пластиковых стаканчика, что в этом плохого?
— И конечно же ты скажешь, что твой рекламный агент привезет обслуживающему персоналу деньги, календарики и рекламные буклеты с твоим изображением, — рассмеялся Макс.
— Скажу, а почему бы и нет!
— И конечно же тебе поверят…
— Ну, насчет того, что поверят, я ничего не могу сказать, но, что рекламный агент всё привезет, я гарантирую.
Кафе хоть и было обычной придорожной забегаловкой, но буквально ломилось от посетителей. Я нашла свободный столик у окна и стала ждать Макса, который пошел за стаканчиками. Пока он объяснялся с буфетчицей, я уставилась в окно, чтобы никто не увидел моих слез. «Вот и всё, — думала я. — Закончился еще один этап моей жизни…»
— Это что такое? — весело произнес севший напротив меня Макс и поставил на стол два граненых стакана. — Ты что реветь-то вздумала?
— Не знаю… До меня только теперь дошло, что еще немного, и я буду дома. Тебе дали стаканы вот так просто?
— Можешь себе представить, да! Тетка душевная попалась, не то что в той деревне. Жаль, шоколада нет, но ничего, обойдемся.
— Бог мой, как тяжело быть нищим, — грустно сказала я. — А я ведь никогда в жизни нищим не подавала… Теперь буду подавать всё до последней копеечки.
— Надо думать, кому деньги подаешь. Спившемуся алкашу давать бессмысленно, а вот голодной бабульке — грех не подать.
— Знаешь, а я ведь выросла в небогатой семье. У нас и намека не было на какой-нибудь достаток. Я часто вспоминаю, как собиралась на свое первое свидание. Мне хотелось выглядеть нарядно, избраннику под стать. Я перевернула свой скудный гардероб и не нашла ни одной приличной вещи. Все было куплено в уцененке или на какой-нибудь распродаже. Сплошной секонд-хенд.
— И в чем же ты пошла на свое свидание?
— Одолжила платье у подружки. Оно было черное и очень выгодно подчеркивало красоту моих светлых волос. И тогда я решила, что должна окончательно и бесповоротно расстаться с бедностью. — Я медленно потягивала шампанское и поглядывала на Макса. — Слушай, ты меня до дома довезешь?
— Довезу, если не попросят предъявить документы.
— А сам куда?
— Пока еще не знаю.
— А может, ко мне зайдешь?
— Нет, к тебе я заходить не буду, — замотал головой Макс.
— Почему?
— Потому что дальше у тебя будут свои дела, а у меня — свои. Я обещал позвонить, значит, позвоню. — Разлив остатки шампанского, Макс о чем-то напряженно задумался, а потом осторожно спросил: — Анна, ты уверена, что выстрелила в пахана?