В душе февраль, или Мне нечего терять, кроме счастливого случая (Шилова) - страница 121

— Не стучи, не дома.

— А ты не мели ерунду.

— Я просто отметила, что родство в нашей жизни имеет довольно большое значение. Без волосатой лапы в наше время никуда.

— Слушай, и до чего же ты баба противная! Ну что ты докопалась? Как только с тобой муж жить будет? Ему надо за вредность молоко давать.

— Во-первых, я не баба… Я леди. А во-вторых, это мне нужно платить за вредность, потому что я свяжу свою жизнь с таким непонятным эгоистичным существом, как мужчина.

— Ладно, забыли. Послушай, а на тебя в доме не было покушений?

— Это ты о чем?

— Ну, после памятной ночи с паханом на тебя никто не покушался?

Я вздрогнула и затаила дыхание:

— А откуда ты знаешь?

— Я еще пока ничего не знаю. Я просто спрашиваю. Так было что или не было?

— Я пошла на кухню попить воды и даже не успела включить свет, как на меня напал насильник. Я чудом осталась жива. Он еще предупредил, что я покойница и он обязательно меня найдет.

— А ты его совсем не видела?

— Нет, — отрицательно замотала я головой. — Было темно.

— А может быть, ты раньше слышала его голос?

— Нет.

— Ну а ты как думаешь, этот гад кто-то из близких пахана?

— Мне кажется, что нет.

— Понимаешь, дело в том, что посторонних, случайных людей в этом доме не бывает.

Я испугалась. Страх буквально сковал меня.

— Макс, а кто это мог быть?

— Пока не могу сказать. Ты же его не видела.

— Он мне абсолютно незнаком. Голос какой-то странный…

— Голос — это ерунда, вот если бы ты посмотрела на него…

— От этой сволочи пахло табаком, — неожиданно вспомнила я.

— Каким табаком? Дорогим?

— Таким ужасным, дешевым. От него даже не пахло, а воняло. Запах какой-то… наркотический. Про таких говорят — не мужчина, а папироса.

— Он так сильно провонял?

— До тошноты. — Тут меня словно озарило: — Кстати, я почувствовала именно такой запах, когда отдавала пахану зажигалку.

— Ты уверена? — Глаза Макса сузились, стали как щелочки.

— На все сто.

— Ты точно не ошибаешься?

— Нет.

Макс встал.

— Пошли.

— Куда?

— Надо ехать. Домой тебя отвезу.

— Но ведь ты не сказал мне, что ты знаешь…

— Я пока еще ничего не знаю. Пока только догадываюсь. Если мои догадки подтвердятся, обязательно тебе позвоню, мы встретимся, и я все расскажу.

Я пошла за Максом, но продолжала настаивать:

— Но это нечестно! В конце концов, я замочила пахана, значит, имею полное право узнать, каким образом он ожил.

— Придет время, узнаешь.

— Я хочу сейчас.

— Потерпи, я ничего не могу сказать.

Я топнула ногой:

— До чего же ты противный мужик, черт бы тебя побрал! Твоей будущей жене нужно за вредность платить, раз она согласится жить с таким упрямым остолопом, как ты!