Уязвленный, Ратлидж отпустил ее. Рейчел стала спускаться. Шла она с высоко поднятой головой и прямой спиной. С трудом пытаясь успокоиться, хотя по-прежнему кипела от ярости.
У подножия лестницы она обернулась, взглянула на него и сказала:
– Теперь вы понимаете, что я чувствовала в спальне Оливии? Я выпустила в вас толику вашего же яда, и вам трудно оказалось его проглотить! Я не знаю, есть ли хоть доля правды в том, что я сейчас сказала, но мне все равно. Теперь вы сами видите, какую ложь способно изобрести извращенное воображение! И как легко исказить правду, чтобы обесценить чувства других. Я любила Николаса и оплакиваю того человека, каким он был. И я ни за что не поверю вашим наветам. Об Оливии можете думать все, что хотите. Я постараюсь найти Кормака и уговорить его, чтобы он отвез меня в Лондон. Обещаю вам одно: если вы втопчете в грязь Николаса, я вас уничтожу!
– Рейчел, послушайте меня!
– Нет, я выслушала достаточно и думаю, что все бесполезно. Думайте что хотите, дело ваше. Но за вашими действиями я буду следить. Считайте, что я вас предупредила. – Она направилась к двери.
– Подождите! – приказал Ратлидж, сбегая за ней по лестнице.
– Чего ждать? Чтобы вы снова меня оскорбили? Или, еще хуже, ранили? Трудно представить, что вы с Питером были друзьями. Питер отличался мягкостью и добротой!
– Предлагаю вам сделку!
Рейчел презрительно расхохоталась:
– Я не заключаю сделки с дьяволом!
Сделав вид, что не слышал, Ратлидж продолжил:
– Помогите мне докопаться до истины. Клянусь вам, если Николас окажется виновен… нет, подождите, дайте мне договорить! Если именно Николас – тот, кого я ищу, я ничего не стану предпринимать, вернусь в Лондон и скажу начальству, что все ошиблись, все три смерти в Боркуме дело ясное и расследовать там больше нечего. Ну а прошлое… остальные… пусть покоятся в земле вместе с ним.
Рейчел стояла спиной к нему, схватившись за дверную ручку. Дверь уже начала открываться.
– Я вам не верю!
– Клянусь! – Ратлидж говорил совершенно искренне. Он в самом деле собирался сдержать слово.
– А если убийца – не Николас?
– Когда мы выясним, кто убийца, тогда и будем решать, как поступить. Чтобы не оскорбить мертвых. Всех мертвых. – В том числе и О. А. Мэннинг. И стихи, которые могли оказаться не просто ложью…
– Я подумаю. И сегодня вечером дам вам ответ. Пошлю записку в «Три колокола».
Дверь открылась. Рейчел вышла, не оглянувшись; ветер с моря играл с прядями ее волос, швыряя их ей в лицо. Ратлидж смотрел ей вслед. Она спустилась с крыльца и старательно обошла его машину, не задев ее. Ратлиджу она показалась очень маленькой, одинокой и несчастной.