- Тот каньон, должно быть, был полон газа от нефти, которая лежит под ним. Он выходил наружу, и, поскольку он тяжелее воздуха, скапливался на поверхности в низинах. Мы с Гарри ехали по краю обрыва, и кто-то из них не знаю кто - не утерпел и стрельнул. Вы же знаете, как плохо сгорает черный порох. Когда он выстрелил, пламя вырвалось из дула и весь каньон взлетел к небесам. У тех ребят не было ни единого шанса спастись.
- Мы туда съездили, - сказал Бишоп. - Мы почти ничего не поняли и долго не задерживались. Все, что мы видели, - это опаленные скалы и факел, бьющий из дырки в земле.
- Сколько, по-твоему, он будет гореть? - спросил Фрайер.
- Откуда я знаю? Может и несколько лет. Он будет гореть, пока есть чему гореть.
- А как насчет золота? - требовательно спросил Ральф Карнс.
Я пожл плечами. - Как насчет золота? Похоже его уже долго никто не получит.
- Если только, - сказала Сильвия, глядя мне в глаза, - его не выкопали перед тем, как занялось пламя.
- Может и так, - согласился я. - Однако мне показалось, что все ваши парни умерли одновременно. Не думаю, чтобы кто-нибудь выбрался из каньона живым.
- Я говорила не о них, - сказала Сильвия, - я говорила о тебе.
С минуту все молчали, а Пенелопа смотрела на меня глазами, в которых светилось множество вопросов. Я надеялся, что она не собиралась задавать их при всех.
- Ну, если бы у меня было это золото, - сказал я, через силу легко улыбаясь, - я бы сейчас был бы на полдороге к Денверу и не тратил бы время на разговоры с вами, ребята.
- Я бы тоже, - сказал Фрайер. - Зачем ему возвращаться?
- За ней, - сказала Сильвия. - Ты разве не видишь, что он в нее влюблен?
Все посмотрели на меня, а я просто пожал плечами и старался не глядеть на Пенелопу, когда ответил: - Ты, Сильвия, надо мной смеешься. С такими деньгами никакому уроду не надо бегать за женщинами, ему надо их остерегаться. Да с этим золотом, добравшись до Денвера, я бы каждое утро вычесывал их из волос. Пенелопа, конечно, хорошая девушка. Мы обещали проводить ее до Санта Фе. Мимс ее дальний родственник.
Я представлял, чего от них стоит ожидать. Фрайер поверил легко, мексиканец тоже. Бишоп... Этот еще не пришел ни к какому решению, он раздумывал. Сильвия и Лумис были так испорчены, что не верили никому и подозревали всех. Я знал, что Сильвия ни за что не позволит нам уехать подобру-поздорову, если найдет способ нас прикончить. Я также знал, что Джейк Лумис хотел овладеть Пенелопой, с деньгами или без денег. Овладеть прямо здесь, в холмах, и чтобы никто не стал этому свидетелем. Я почти физически ощущал его желание и его жестокость.