Едва добравшись до кровати, я рухнула на неё и закрыла глаза. Боль, о которой я совсем забыла, вновь напомнила о себе. Тупая, ноющая — в колене и резкая, хотя и от неглубоких ран, — в руке. Я привыкла к постоянной боли. Она — само собой разумеющееся явление в жизни вам-пира-Охотника. А вот сдерживать эмоции порой просто невозможно. Бесстрастие — это лёд. Еорячие и безудержные натуры не способны обладать таким сокровищем. Лишь только тот, чья душа подобна кристаллу, чья кровь столь же холодна, сможет добиться своего. Постепенно я учусь быть такой. Виктор говорил, что вампир, не постигший тайн хладнокровия, недостоин не только называться вампиром, но и жить.
Спустя несколько минут я открыла глаза и неторопливо пошла в душ, попутно захватив мягкое махровое полотенце. Тёплая вода струилась по коже, успокаивая и лаская её. Все мысли и подозрения исчезли из головы вместе с водой, смывающей кровь, — мою и моих врагов. Жаль, что нельзя так же просто избавиться от мыслей. Джеймс…
Я тщательно промыла рану, стараясь не обращать внимания на жжение. Ещё немного понежившись под тёплым водопадом, выключила воду и вышла, завернувшись в мягкое полотенце. Сомнения исчезли, проблемы отступили.
Подойдя к зеркалу, я взяла расчёску и мягко провела по коротким тёмным волосам. Кажется, я полностью пришла в себя и опять была готова действовать. Хотя, если честно, в ближайшие несколько часов в мои планы входил лишь сон — и больше ничего. Завтра мне надо быть в норме. А через две ночи…
* * *
Найджел торопливым шагом мерил оружейную: случайны ли засады оборотней?! Слишком просто они вычисляли маршруты патрулирования. Тонкое чутьё подсказывало бывалому Охотнику, что на самом деле всё не так просто, как кажется на первый взгляд. Для этого даже лампу с джином тереть не надо. Найджел не хотел, чтобы другие вампиры догадались о его подозрениях. До тех пор, пока он точно не выяснит, что к чему, и не найдёт необходимого подтверждения…
* * *
… Тренировки стали ещё более изнуряющими. Ночи, когда я не была на патруле, я проводила в спортивном зале. Нужно было совершенствовать свои навыки. Мне не хотелось подводить себя и напарников, а также Виктора (который, как я узнала, и предложил мою кандидатуру на роль командира группы). Мне было приятно и трепетно думать, что он доверяет мне, ценит. И во мне ещё сильнее загорелось желание доказать, что я достойна внимания Виктора. Он стал для меня вторым отцом. Он дал мне новую жизнь… и возможность отомстить. Я благодарна ему за это. Виктор верит в меня, и я всем своим существом хочу оправдать его надежды.