Это была моя последняя осознанная мысль. Затем вокруг воцарились долгожданная темнота и спокойствие. И почему-то я больше не боялась существа, которое скрывалось в этом мраке.
* * *
— Твое время умереть еще не пришло.
Этот женский голос был мне знаком. Он звучал в темноте, которая ласкала мое измученное тело. Точнее, он был этой тьмою. Все чувства для меня сейчас слились в одно. Я слышала — и одновременно осязала. Интересно, а увидеть этот голос или его обладательницу я смогу?
Как оказалось — смогла. Едва я об этом подумала, как тьма посерела и словно отодвинулась. Передо мной стояла девушка. Совсем еще молоденькая и худенькая до такой степени, что казалась прозрачной. Правда, теперь на ней было не длинное светлое платье, так напоминающее те наряды, в которых принято идти к алтарю во время брачного ритуала, а темный брючный костюм.
— Я помню тебя, — произнесла я. — Мы уже встречались. Тогда, на крыльце, перед самым началом нашего так называемого путешествия.
— Верно. — Девушка кивнула. И опять меня поразил ее странный акцент, так не похожий на те, которые мне доводилось ранее слышать. Откуда же она родом?
Я украдкой огляделась, силясь понять, где оказалась. Но тут меня ожидало разочарование. Вокруг нас струился уже знакомый мне мрак, который все скрывал от меня. Я и моя собеседница словно висели в клетке из тьмы, где не было ни пола, ни потолка, ни стен.
— И что тебе надо от меня? — настороженно переспросила я.
— Не так давно я была мертва. — В прежде спокойных глазах незнакомки мелькнуло и тут же пропало чувство затравленного ужаса. — Это… Это было очень неприятно. Тогда меня спасли. При этом тот, кто вытащил меня из вечного мрака, пошел против правил. Сейчас он наказан за это, поскольку не имел никакого права так прямо и непосредственно вмешиваться в дела смертных. Конечно, он попытался обратить все в игру и только поэтому сохранил себе жизнь. Но некоторое время он будет только наблюдателем. Однако не ответить любезностью на его любезность тот, ради кого он пошел на этот риск, не смог. Он помог мне тогда — я помогу ему, Доминика.
Я вздрогнула, когда она назвала мое имя. Такое чувство, будто она все знает обо мне. Что скрывать очевидное, это не привело меня в восторг. Мне было очень и очень досадно, что я, в свою очередь, понятия не имела, кто она. И еще обиднее было признавать, что я ни слова не поняла из ее объяснения.
— А нельзя ли немного подробностей? — попросила я, выдавив из себя измученную усмешку.
— Нельзя. — Незнакомка сочувственно улыбнулась. — В любом случае дела былого тебя никак не касаются. Важнее другое. Сейчас ты тоже мертва. Точнее — не жива. Но грань между этими двумя состояниями так тонка, что обычному человеку ее ни за что не увидеть.