— Ты должна это сделать для меня, Лара. Ты же моя должница!
Он посмотрел на нее своим тяжелым взглядом, затем улыбнулся, но вид у него оставался зловещим и даже угрожающим.
— Сам не знаю, почему я трачу на тебя столько сил?
Пожав плечами, он поднялся.
— Ты должна переспать с Гордоном. У тебя нет выбора.
— К черту все!
— Ах, так? — он презрительно рассмеялся. — Я подскажу тебе твой единственный выбор, детка, — выбор между «АйРТ» и «БМТ». Потому что, если ты не сделаешь это для меня, я выкину тебя из квартиры. Уже сегодня у тебя появится возможность провести ночь в метро.
Лара недоверчиво посмотрела на него.
— Иисус, Тони, я не верю этому… даже если это идет от тебя.
— И что ты тогда будешь делать, а? Вернешься к стойке и опять станешь жить на помойке?
Он замолчал и строго посмотрел на нее: он всегда знал, какую пуговицу необходимо расстегнуть, чтобы обнажить ее самые глубокие страхи.
— Ты знаешь, что даже этот мусор, в котором ты живешь с тех пор, как я встретил тебя, стоит денег. Ты должна заплатить по крайней мере за два месяца за квартиру, за коммунальные услуги, за охрану. — Он снова улыбнулся. — Ты заработала на это?
— Ты сам знаешь, что нет. А потом, я все равно не смогу расплатиться с тобой за все, сколько бы денег я ни получала.
— Хей, и я также должен оплачивать твои уроки? И твои модные наряды и красивую мишуру, в которой ты проживаешь, и все остальное? Ты знаешь, сколько я уже потратил на тебя?
— Кстати, я должна знать сколько, ты слишком часто попрекаешь меня ими!
Ее переполняло чувство стыда и унижения, ощущение зависимости от милостыни, каждый раз подаваемой с неохотой и грубостью. Когда она наливала еще бренди, рука так дрожала, что она даже пролила немного.
— И мне тоже налей, — приказал Тони, практически кидая ей свой бокал. — Ты как раз сможешь попрактиковаться.
— Наливай сам, ты, дряной сукин сын! — Она с такой силой грохнула бутылку на стол, что сама испугалась: как только она не разбилась. — И подавись им!
Сбросив одеяло, она выскочила из постели. Тони схватил Лару за руку, притянул к себе и обхватил за талию.
— Куда ты думаешь идти?
— Ты же сказал мне уматываться.
— Перестань играть, ты не на сцене и прекрасно знаешь, что я не выброшу тебя, пока ты сама на самом деле не захочешь этого.
Он крепче прижал ее к себе.
— Господи, да даже если я захочу отпустить тебя, куда ты пойдешь?
К горлу Лары подступила тошнота, парализуя ее. Ей стало казаться, что комната кружится, а потолок и стены сжимаются вокруг нее.
— У тебя есть куда уйти? — презрительно добавил он. — У тебя появился кто-то?