— Будем к ним подходить?
— Ни в коем случае! Если они поедут на кладбище, мы поехать не сможем… Давай хоть за венком сгоняем, — предложила я, — до двенадцати еще сорок минут. Как раз успеем.
— Пожалуй, ты права, не стоит нам до времени тут светиться.
И я, выводя машину со стоянки, повернула в другую сторону.
Мы успели заказать венок с лентой, на которой было написано: «Елене Быстровой от школьных товарищей». Друзьями назвать себя не повернулся язык.
Когда мы вернулись на прежнее место, у подъезда дома остановился катафалк, и вскоре из него вынесли гроб.
Черный автобус заслонил нам обзор. Кто садился в него, мы не видели и потому решили просто поехать следом.
Хорошо, что мысли не мешают мне вести машину и совершать все необходимые водителю действия автоматически.
За автобусом-катафалком пристроились еще две легковые машины, так что я старалась держаться поодаль. Мы с Ольгой в сутолоке — люди входили в подъезд, выходили из него, да еще этот автобус стоял у самого входа — не заметили, едут ли на кладбище наши мужья, так что до срока решили не объявляться.
Было начало ноября, а деревья еще стояли в желто-багряной листве, — недельки через две, пожалуй, начнутся первые заморозки и листья облетят. Елена Быстрова умерла в свой день рождения, и природа провожала ее в последний путь, бросая на дорогу охапки желтых листьев. Время от времени порывы ветра словно поднимали на шоссе желто-багряную метель.
Как страшно это выражение — «последний путь»! Что-то же она планировала. Какое-то событие предвкушала. Для чего-то же нас собрала…
— У меня такое впечатление, что Елена пригласила к себе не кого попало, а определенных людей, собираясь что-то представить.
— Мы же считаем, что она меня не узнала, — напомнила Ольга.
— А это не важно, потому что позвала она Алексея. А кто с ним придет, было для нее второстепенно.
— То есть она собрала к себе людей, которым всем когда-то крупно насолила?
Мы, не сговариваясь, замолчали. Тогда как в такую схему вписываются супруги Гавриловы? Или хирург с женой? Или этот Евгений Макаров? И с кем она крупно говорила на балконе?
Кстати, если этот человек не пришел на похороны, то найти его будет практически невозможно. Разве что если он и вправду какая-то знаменитость… Нет, все-таки следователем быть далеко не так легко, как кажется. Для этого нужна особая голова, способность связывать воедино, казалось бы, разнородные события и просчитывать действия преступника.
— Послушай, мы ведь можем спросить, с кем Елена говорила, у наших мужей, — спохватилась я.
— А они спросят, для чего это нам, — подхватила Ольга. — Попробуем узнать обо всем сами…