Росси, изодранный клыками и когтями лежал на моих руках. А мне хотелось выть и проклинать судьбу за её несправедливость. Когда-то жизнерадостный юноша умирал на моих руках стариком. Набрав горсть заляпанного алыми пятнами снега, я обтёрла им его лицо. Саблезубы стояли в стороне не в состоянии подойти к нам. И в глазах у всех оборотней плескалась неподдельная мука.
— Всё закончилось, родной. Мы возвращаемся домой.
Его веки дрогнули на мой голос и слегка приоткрылись. На бледном лице появилась тонкая бескровная улыбка: — Ты жива. — единственное, что успел произнести Росси, перед тем как снова уйти в беспамятство.
Не мешкая, я развернула плетение обратного портала. Как только начали проступать границы туманной дымки, встала на колени и одним рывком взгромоздила на себя обмякшее тело. С большим трудом, подгибаясь под тяжестью бесчувственного тела, я встала и направилась в туманный проход. Только когда мой силуэт с тяжёлой ношей скрылся за завесой, только тогда остальные оборотни последовали нашему примеру.
"Я не дам тебе умереть Росси!" Мне пришлось сделать ещё несколько десятков шагов от выхода из клубящегося тумана, прежде чем я смогла положить тело кузена на заснеженный плац военных казарм. Иначе, саблезубы не смогли бы последовать за нами в портал. Ведь не просто так метка называется неприкасаемая. Маг, поставивший её, хорошо знал своё дело. Ни один оборотень физически не сможет подойти к собрату, почувствовав внезапное отвращение, даже маг, если метка не принадлежит ему. А лечение Росси невозможно без того, чтобы опытный маг не занялся его ранами, сам он вряд ли оправится от ран, после перенесённой обильной кровопотери. Я, конечно, могу и сама взяться за его лечение, но сейчас слишком устала, да и носить на себе постоянно бесчувственное тело не входит в мои планы. Вон, позади меня девять накаченных молодцев без дела стоят! С самого начала я зацепила свою ауру за плетение метки, поменявшись местами с магом, который эту метку поставил, поэтому-то она на меня и не действует. Пока мы окончательно на околели на морозе, я приступила к распутыванию опасной печати. Какое счастье, что этот процесс имеет обратимую сторону. Как только аура Росси была освобождена от сковывающего запрета, к нам в ту же секунду подбежали уже одетые в тёплые полушубки оборотни. Меня и Росси подхватили на руки и понесли в спасительное тепло. К моему великому изумлению, меня нёс на руках колонель. А Дэни с Этаном унесли истекающего кровью брата в лазарет.
— Больше никогда так не делай! — сердитый голос Мида раздался у меня прямо в ухе, когда мы уже подходили к воротам дворца. Находясь в его железных руках у меня не было шансов к сопротивлению, поэтому я только пискнула: