— Уходи, Томас, — тихо велела она и невольно шмыгнула носом.
Боже, слезы! Первым порывом Томаса было убежать куда глаза глядят. Но перед ним стояла готовая вот-вот разрыдаться Хлоя, и он обнаружил, что просто не в силах оставить ее наедине с бедой.
— Шшш, — прошептал он, привлекая девушку к себе и прижимая ее голову к своей груди. — Я никогда не уйду. Да и мойщик стен из тебя никудышный.
Хлоя то ли всхлипнула, то ли засмеялась.
— Надеюсь, это предложение помочь, потому что, признаюсь, с радостью готова его принять.
— А где твои дамы?
— Я их отослала.
— Почему?
Она прижалась к Томасу, ткнулась лицом в его теплую шею и обняла за талию. Миллионы нервных окончаний моментально среагировали на ее прикосновение, живо напомнив Томасу, что с ним происходило всякий раз, когда Хлоя оказывалась рядом.
— Почему ты отослала их? — с трудом выговорил он.
— Думала, так будет лучше. Ведь «Домашняя выпечка» — мое дитя. — Она снова всхлипнула. Каждое движение ее губ, едва скользивших по шее, сводило его с ума. — Я решила, что лучше сделать все самой.
— А обеденный зал? Кабинет? Что-то украли?
— Нет, вломились только в кухню. Все остальное в полном порядке и ничего не пропало.
Ее руки запутались в волосах Томаса. Тонкий пальчик скользнул по мочке уха, посылая крохотные молнии по всему его телу.
— Ты звонила шерифу? — пробормотал он.
Хлоя прильнула к нему еще теснее. Узкая ладошка проникла за воротник и легла на обнаженную шею.
Ни одна женщина, кроме Хлои, не действовала на него подобным образом. Томасу пришлось неестественно выгнуться, чтобы их бедра не соприкасались. Иначе Хлоя непременно обнаружит, что творят с ним ее невинные ласки, а это подвигнет ее на дальнейшие проделки.
— Хлоя!
— Нет, — вздохнула она, — я никуда не звонила.
Так он и думал. Добрая, отзывчивая, чуткая и порядочная до глупости. Именно потому она не известила полицию и не хотела признаться, что написали на стене взломщики. И это пугало Томаса. Видно, она стремится защитить кого-то. Ему стало не по себе при одной мысли о том, что он, кажется, знает, кого.
— Пожалуйста, скажи, Хлоя! Что было на стене?
Хлоя, шмыгнув носом, отстранилась и тихо сказала:
— «Благодари за жадность „Маунтин Могидж“».
Томас, не находя слов, тупо уставился на Хлою. Его вина, только его…
— Прости, — прошептал он, прекрасно понимая, как жалко это прозвучало.
— Ничего из оборудования не поломано, но привести в порядок кухню будет непросто.
Она вытащила из-под раковины ведерко и наполнила его горячей водой.
— Позволь, я позвоню и вызову кого-нибудь убрать все это, — запротестовал он. — За мой счет.