— Я рада, что ты так и не выполнила ничего из задуманного, — улыбнулась Лес.
Сейчас она испытывала скорее сочувствие к дочери, чем чувство облегчения, что Триша так и не взорвалась.
— Но я сама не могу понять, почему не делаю ничего такого. Словно из-под меня выдернули ковер и я шлепнулась на пол и сижу, пытаясь решить, какой из ушибов больше болит. Ну, гордость… Это я сознаю. Но что еще? — Она безостановочно расхаживала по комнате. — На какое-то время я перестала мыслить ясно и здраво. Это случилось, когда я встретила Рауля. Мне было восемнадцать — или почти восемнадцать. Полностью сложившаяся женщина. И вот появился мужчина — красивый, старше меня, обаятельный, иностранец — все это так волнующе. Это была бы la grande passion, великая страсть. Перед нами стояло столько преград, которые надо было преодолеть, — возраст, разные культуры, происхождение, — но мы бы боролись за чувство, которое нас охватило. И все бы в конце концов уладилось, потому что мы по-настоящему были бы страстно влюблены друг в друга. — Триша прервала свое насмешливо-высокопарное описание воображаемого романа, остановилась и вздохнула, глядя в пол. — Все это звучит так глупо, не так ли?
— Нет, — сказала Лес. — Когда мне было шестнадцать, на Хоупуортской ферме работал молодой конюх. Я вздыхала по нему все лето, прекрасно понимая, что Джейк и Одра взовьются до потолка, да что там: откажутся от меня, если я выйду замуж за простого рабочего с конюшни. Но мука, которую я испытывала, была восхитительной. И заметь, он не имел обо всем этом ни малейшего представления. Для него я была просто дочерью большого босса. Но я воображала себе бог знает что, когда он седлал для меня лошадь или помогал мне сесть верхом.
Лес не стала рассказывать Трише, как увидела его в машине целующимся с какой-то местной девушкой. Это был жестокий удар, после которого она страстно и непримиримо ненавидела этого парня.
— Я понимаю, — закончила Лес, — что это было не совсем так, как у тебя, потому что ты сейчас старше, чем я тогда, но переживания те же самые.
— Как жаль, что ты не вспомнила этого раньше. Хотя я, наверное, не стала бы тебя слушать. — Триша горько и насмешливо вздохнула, иронизируя сама над собой. — Одна из моих подруг предположила, что я просто пережила то же самое, что и многие девушки, которые увлекаются знаменитостями, — рок-звездами или футболистами. Привлекает не сам человек, а его слава. Может, она права. Я готова согласиться, что именно это чувство и толкнуло меня к Раулю. Но я не могу заставить себя смириться с тем, что его заполучила ты.