Старичок отпрянул. Остальные, ожидая, стояли в стороне. Никто не осмелился заглянуть под саван, Старик удрученно обратился к войску:
— Чую, доблестный батыр погиб! Дурная примета, воины! — Он с трудом унял дрожь в сердце, посуровел. — Не будет нам удачи, дети. Повернем коней назад!!
Однако сарбазам слова суеверного старичка не понравились.
— Не годится храбрым воинам сворачивать с пути из-за чьей-то падали на дороге!
— Зря, что ли, пять дней зады в седлах мозолили?!
— Нет! Разграбим аул во что бы то ни стало!
Нетерпеливые джигиты отпустили поводья, неудержимым наметом обрушились на аул. Проводник-старичок остался в клубах пыли. Он потоптался вокруг носилок, вновь закрыл прах белым холстом, обернул кошмой и нехотя пустился догонять свой отряд.
Лихоимцы на всем скаку ворвались в аул. Но что-то их сразу насторожило. Аул точно вымер, лишь несколько телок и годовалых верблюжат кружились вокруг остывшей золы. Не слышался обычный при набегах надрывный детский плач, не метались между юртами перепуганные тени. Пахло гарью, тлевшими в очагах головешками. Сарбазы, словно голодные волки, ринулись в юрты. Их встретило несколько дряхлых стариков с посохами в руках. Каждый принялся шамкать праведные слова. Только кто их станет слушать во время разбоя? Завыли надтреснутыми голосами древние старухи, начали выкрикивать проклятия. Но кого они способны остановить? Ни одной девушки, ни одной смазливой молодки не осталось здесь сарбазам на утеху. Пришлось хватать дорогие вещи, драгоценности, набивать коржуны и пазухи тем, что в спешке попадалось под руку. Грабеж длился недолго.
Старику проводнику все это явно не нравилось. «Что это за набег, если даже сражаться не с кем? Ни радости, ни удовольствия. Не рубить же головы дряхлым старикам да старухам!» — думал он. Старик отъехал в сторону и презрительно наблюдал за грабежом. Потом спешился, поискал вокруг глазами. Неподалеку темнела проплешина — место стоянки лошадей. Их обычно привязывают к аркану, растянутому между колышками. Тревога старика возросла, точно камень застрял у него в глотке. На вытоптанном пятачке всюду валялись свежие конские кругляшки. Это означало, что еще совсем недавно здесь стояли лошади. Значит, мужчины аула, спасая головы, разбежались кто куда.
Нет, не нравилось это многоопытному старику. Жди теперь нападения из-за угла. Перережут их, незваных пришельцев, как слепых щенят. От страха у старика запершило в горле. Он спешно привязал повод к луке седла и побежал искать предводителя войска. Долго пришлось расспрашивать, бегать по юртам, пока нашел его возле большого ларя. Предводитель судорожно шарил по деревянному дну его, собирал золотые и серебряные монеты, рассовывал их по карманам. Он так был занят этим, что не замечал старика. Проводник рассердился, визгливым голосом обругал предводителя, яростно помянул всех его предков до седьмого колена: