Уф!!! Милавин провёл ладонью по мокрому лицу. Вроде полегчало. Нет, чувствовал он себя по-прежнему отвратительно, а собственная голова всё ещё оставалась огромной и тяжёлой, но теперь, по крайней мере, не кружилась, да и нудный гул в ушах вроде поутих. Просидев так ещё некоторое время, Андрей всё-таки встрепенулся, встал, подошёл к раковине и начал умываться, благо с вечера здесь осталась ещё одна полупустая бутылка с водой.
Когда он вернулся в комнату, Иван уже нарезал колбасу для бутербродов, а котелок стаял на огне газовой горелки.
– Ну как ты?
– Нормально, – соврал Андрей, оглядывая комнату. – А где волки?
– Ушли вместе с Морошкой пару часов назад, – ответил Иван. – Она сказала, что ей с нами стало скучно.
– Ну и хорошо.
– Да уж, неплохо. Правда, предупредила, что будет наблюдать за нами.
– Как это? – Милавин сел на диван.
– А хрен её знает! – Иван закончил с бутербродами и заглянул в котелок. – Здесь, на Изнанке, она может очень многое… О, вода закипела. Ты – чай или кофе?
– Кофе, наверно. Только, знаешь, есть я не буду. Что-то мне как-то погано.
– Знаю я, что тебе погано, – кивнул Поводырь, разливая кипяток по чашкам. – Мне тоже, просто я уже привык. Когда спишь здесь, ты почти беззащитен, и Изнанка вытягивает из тебя жизнь гораздо быстрей.
– То есть, здесь такое «доброе утро» обычное дело?
– Да.
– Мог бы предупредить.
– А толку-то? Во-первых, идти ночью я бы не рискнул даже вместе с Морошкой, а во-вторых, отдохнуть всё равно надо было…
– Что-то я не чувствую себя отдохнувшим, – невесело усмехнулся Андрей.
– Если спать не ложиться будет ещё хуже, я пробовал. А то, что тебе хреново, это пройдёт через час-полтора, – он поставил перед Милавиным уже наполненную кипятком кружку и банку с растворимым кофе. – Но есть всё равно надо. Когда ты ешь, ты как бы напоминаешь самому себе, что ещё живой. Так что давай, налегай.
– Понятно, спать поменьше – жрать побольше. Так? – Андрей обречённо вздохнул, насыпая себе кофе.
– Вроде того, – кивнул Иван, – Кстати, а чего ты на полу лёг?
– В смысле?
– Мог бы диван разложить, – пожал плечами Иван.
– Да? Не знаю, – смущённо хохотнул Андрей, – не сообразил.
– А я когда вернулся, смотрю, ты уже спишь. Ну, я будить не стал. Пришлось, тоже на полу укладываться.
– Извини.
– Да ладно, ерунда.
Первый бутерброд Андрею пришлось буквально через силу проталкивать в желудок, но дальше всё пошло намного лучше. Оказывается, он был очень голоден. А самое главное, с каждым проглоченным куском, чувствовал себя всё лучше и лучше. Милавин сжевал все три бутерброда, и взялся нарезать себе четвёртый.