Отель и близлежащую улицу заполонили полицейские.
Столпотворение заметил журналист «Иль газеттино ди Венециа». Он моментально сообразил: заваривается нечто интересное. Просочился через толпу в отель, с ходу взял интервью у шефа полиции и у инспектора Джанелли. Гедина комментировать происходящее отказался. Джанелли сообщил репортеру все, что ему рассказал шеф, не осознавая секретности информации, а именно: Леонард Кавана подозревается в похищении баронессы Ривьера.
Репортер пулей помчался в новостное бюро, чтобы пустить сведения в оборот.
Прошло немного времени, и пресса ликующе выдала очередную главу мрачной саги о семействе Ривьера.
— Подождете меня здесь?
Таксист кивнул, и Лео выбрался из машины, сразу попав под дождь. Пришлось опереться о крышу такси, чтобы не упасть.
Борясь с головокружением, Лео добрался до массивных дверей — единственного прохода в стенах здания. В темноте он долго искал дверной звонок. Наконец, нащупав цепочку, он потянул — изнутри послышался приглушенный звон. Дождь лил не переставая.
Минула целая вечность. Лео не выдержал и позвонил еще раз. Дождь усиливался. На вершине холма дул сильный ветер, и Лео пришлось опереться о стенку. Он позвонил снова, без особой надежды, мысленно решив собраться с силами и вернуться к такси, хотя понятия не имел, куда ехать дальше. Похоже, ждать смысла не было.
На полпути к машине он услышал, как за спиной скрипнула дверь. На улицу выглянул монах.
— Кто здесь? — спросил он.
— Третий орден… — ответил Лео, но его слова заглушил дождь. Он направился обратно к двери.
— Повтори громче, что ты сказал.
— Я член Третьего ордена.
Покачнувшись, Лео чуть не потерял сознание.
— Ты пьян? Как ты смеешь тревожить нас, нарушать наши молитвы?!
В уме вспыхнула мысль: герой непременно пройдет испытание, совершит подвиги, подобно Геркулесу… а бедный, слабый глупец едва сможет попросить приюта! Лео приказал себе забыть о слабости и произнес как можно убедительнее:
— Падре, я терциарий, член Третьего францисканского ордена. Ищу уединения, мира и молитвы. Прошу принять меня.
Дождь ручьями сбегал по его лицу.
Отец Терезио оценивающе посмотрел на Лео из-под капюшона, хотя ничего не видел в сгущающейся темноте. Наконец он спросил:
— У тебя есть багаж?
— В такси.
— Забирай его и следуй за мной.
— Спасибо, падре.
Лео остался стоять, опираясь о стену. Он жестом подозвал водителя, но тот лишь приспустил оконное стекло на несколько дюймов.
— Помогите, пожалуйста, с багажом… Я хорошо заплачу.
Отец Терезио отвел их в келью, где стояли кровать, шкаф, письменный стол и стул. С потолка свисала одинокая голая лампочка.