Игорь пил чай и смотрел по телевизору новости. Лика отвлекла его, попросив налить ей молока. Он налил и подошел к тахте, на которой, накрывшись пледом, полулежала Лика. Она о чем-то спросила Стромилина, он ответил и вдруг замер, прислушавшись. Лика не унималась. Она делилась своими мыслями по поводу пентхауса. Стромилин не слушал ее. Он подлетел к телевизору и едва не вскрикнул, увидев Миллу.
«Не может быть! — пронеслось у него в голове. Он сделал звук громче. — Она!»
— Милла! — вырвалось у Игоря и взгляд его впился в экран.
— Мой альбом будет называться «Песни острова Синэ-Леко», — говорила Лиманова, отвечая на вопросы журналистов. — Этот остров достоин того, чтобы о нем узнали.
И тут Милла исчезла, а вместо нее появилась девушка, которая с улыбкой сообщила, что сегодня ночью в Москве ожидается метель.
«Господи! Милла жива! Но отчего она не позвонила мне? Не сказала? — обида пронзила его насквозь. — Как она могла?!.»
Лика заворочалась на тахте и попросила Игоря принести ей другой пдед. Он отмахнулся. Бросился на кухню, открыл окно. Обида обжигала его.
«Как она могла?!. Я!.. Я с ума сходил! А она?!. — он сжал кулаки. — Ну, ничего, я ей сейчас сам позвоню и скажу, что так…»
— Игорь! Игорь! Сколько я могу тебя звать? — раздался недовольный голос Лики, и она, охая, вплыла в кухню.
— Что с тобой? На тебе лица нет. Я тебя зову, зову! Пришлось самой подниматься, — она открыла холодильник и вынула стаканчик с йогуртом. — Мог бы хоть последние месяцы быть повнимательнее со своей женой, — выдала она и уплыла обратно в гостиную.
Игорь остался стоять, будто пригвожденный к месту. Ему стало понятно, почему Милла не позвонила ему.
«Несомненно, ей в руки попались журналы, в которых, благодаря стараниям Лики, репортеры в розовых тонах описали наши с ней семейные отношения и не забыли упомянуть об ожидаемых наследниках».
Игорь не знал, что ему делать. Он заметался по квартире. Потом стал лихорадочно одеваться.
— Куда это ты? — тут же заметила его порывистые движения своим недремлющим оком Лика. — В кои-то веки могли бы и по-семейному провести вечер.
— Мне надо! — на ходу надевая куртку, бросил он и выскочил из дому.
Пошел, будто знал, куда. Пройдя несколько кварталов, резко остановился. Огляделся по сторонам. Сел на скамейку и вынул из кармана мобильный.
«Да-да! Милла решила, что раз у меня такие хорошие отношения с женой, раз у меня вот-вот родятся дети, то стоит ли вновь встречаться со мной. Она решила, что ради детей я не стану разводиться. О Господи! — не выдержав, тихо простонал Игорь. — Ради детей я должен лет двадцать жить с нелюбимой женщиной и потом еще лет двадцать, когда они уже покинут наш дом. Но отчего они, едва родившись, становятся диктаторами, которым мы, взрослые, умудренные, измученные жизнью люди, ловящие лишь мгновения краткосрочного счастья, беспрекословно подчиняемся. Они беззащитны, они не проживут без нас?! А я не проживу с Ликой. Задохнусь, удавлюсь, чокнусь!» — Господи! — вскочил со скамейки Игорь и бросился бежать по аллее. Только сейчас ему стало совершенно очевидно, что он пропал. — И как это все случилось?.. Нет, я не жалею о том, что помог Лике, но как она меня окрутила, затянула… И теперь еще дети. Вот они, шутки природы! Никто не поинтересовался, хочу ли я их, нужны ли они мне? Они появятся, и я должен их любить. А я люблю Миллу! — обернулся он и крикнул с вызовом, точно следом за ним бежала Лика со своим грозным животом, которым она загнала его в угол. — Люблю! — Он остановился под фонарем, набрал номер Миллы и поднес мобильный к уху. Рука бессильно опустилась, а в трубке еще слышался голос, сообщавший, что такого номера не существует. — Ну да! Да! — бездумно повторял он. — Да! Но она же здесь! Найти ее! Непременно! — он вскинул голову и оторопел, встретившись взглядом с Миллой, смотревшей на него с рекламного плаката. Он подошел ближе, и, подняв руку, коснулся ее лица. — Милая, как все глупо получилось. Но я люблю тебя!