– И правда стучат. Лучше накинь на себя что-нибудь и открой, а то они выломают дверь и уж тогда будут думать все, что захотят.
У Изабеллы не было ничего похожего на халат. В обычных условиях она бывала полностью одета к моменту, когда кто-нибудь мог постучать в дверь, но в обычных условиях никто не стучал так рано. Судя по свету за окном, с восхода прошло не более часа. Может быть, нашелся ее мальчик? Господи, пусть так и будет и пусть с ним все будет в порядке!
Изабелла накинула на себя шаль, убрала с глаз разметавшиеся кудри и через кухню бросилась к входной двери.
– Милорд? – задохнулась она.
На крыльце стоял лорд Бенедикт и хлопал по ладони парой кожаных перчаток. За его спиной топталась привязанная к невысокой изгороди лошадь и принюхивалась к цветам Изабеллы. Лорд Бенедикт был, к сожалению, один.
– Простите меня за раннее вторжение. – Он поклонился, словно Изабелла встретила его в нарядной гостиной, а не босая на крыльце убогого домика. – Я ищу Аппертона и подумал, что вы можете мне в этом помочь.
– О! – Щеки Изабеллы разгорелись под утренним бризом, она опустила взгляд, понимая, что выглядит виноватой, но иначе вести себя не могла. Она ведь и правда виновна, более того, глядя на нее, каждый бы подумал, что эта женщина только что вырвалась из объятий любовника.
– При других обстоятельствах я не посмел бы вас беспокоить, – продолжал лорд Бенедикт, – но дело касается вашего сына.
В голове Изабеллы теснились сотни вопросов, и на каждый ей был нужен ответ. Ей хотелось кричать, схватить этого человека за лацканы, затащить в дом и потребовать ответов, но самый важный ответ она уже знала – Джека до сих пор не нашли, иначе лорд Бенедикт привел бы ее сына прямо сюда.
Вонзив ногти в ладонь, Изабелла расправила плечи и с достоинством – как учили в детстве – произнесла:
– Пожалуйста, проходите в дом.
Отступив в сторону, она пропустила гостя в дверь, но так и не посмела поднять на него взгляд, опасаясь прочесть в нем осуждение. Ей давно следовало бы привыкнуть к такому отношению, но было вдвойне тяжело выдержать порицание от человека, который накануне проявил к ней такую доброту, что уж говорить о его жене. Лучше не задумываться о таких тонкостях.
– Я должна выразить свою благодарность. Я очень вам обязана, – проговорила она, обращаясь к медной пуговице на его рединготе.
– Не о чем говорить. Любой захотел бы помочь найти потерявшегося ребенка.
Любой? Никто из жителей деревни, соседей, даже пальцем не пошевелил.
– Но я говорю не только о Джеке, хотя я очень благодарна за ваши усилия. Вчера ваша жена прислала мне корзинку. – Взгляд Изабеллы упал на стол, где были разбросаны остатки вчерашнего ужина. Карты, хлебные крошки, чашки с красными потеками бургундского – все брошено как попало. Мысль о том, что еще произошло на этом столе, привела Изабеллу в трепет.