«До свидания, Италия! Здесь мне было так грустно и так радостно».
— Мы еще приедем сюда? — обратилась она к Эдуарду.
— Конечно, — улыбнулся он, увлекая ее за собой в салон самолета.
«Боинг» птицей рассек воздух.
Петербург утопал в зелени.
Июньские белые ночи вызывали у Анны почти священный трепет.
Любовники стояли на набережной Невы.
Солнце давно зашло, но было так светло, как будто бы ночь еще не наступила. Серая вода реки с шумом плескалась о вечный гранит, раскачивая на своих волнах чаек и корабли, уходящие в открытое море.
— Время уплывает так же, как и эти корабли, — грустно сказала Анна.
— А ты куда-нибудь торопишься? — поинтересовался Эдуард. — Смотри, за этим кораблем идет следующий. Это значит, что после «сегодня» настанет «завтра». И так будет без конца.
— А мы?
Он усмехнулся, бросив камень в воду.
— Эдуард, я замерзаю.
— А мы будем любить друг друга сколько хватит сил, — сказал он, накидывая на плечи женщины свой пиджак.
— А есть место, где время останавливается?
— Есть, — уверенно ответил Эдуард. — Время останавливается там, где сердца соединяются в одно.
— Мы поедем туда? — улыбаясь, спросила Анна.
— Конечно.
— Когда?
Эдуард сделал загадочный вид.
— Сейчас! — ответил он, глянув в сторону машины. — Наш белый конь ждет у ворот.
Они сели в автомобиль.
Рассвет позолотил верхушки деревьев и белый коттедж, что предстал перед их взором.
Все Анне было здесь знакомо: первый этаж с мастерской художника и уютной кухней, мягкая кожаная мебель второго этажа, где Эдуард ухаживал за ней, подавая блюда на любой вкус. Но спальня…
«Она ассоциируется у меня только с ним. Там, где Эдуард, всегда полно нежности и тепла».
Анна вышла на балкон.
«Как все преобразилось! Зимняя сказка сменилась на летнее великолепие, разлитое по полям и лесам. Прибрежные плакучие ивы отражаются в речке, опуская свои длинные ветви прямо в воду».
— Моя Анна любуется первозданной красотой? — спросил Эдуард, выйдя следом за Анной.
— Не нарушай, пожалуйста, тишину, — кокетливо ответила она. — Слышишь, как стрекочут кузнечики?
Эдуард не отвечал.
— Почему ты молчишь?
— Я не нарушаю тишину! — улыбаясь ответил он.
Анна перегнулась через перила.
— Давай спустимся вниз! — предложила она.
— Давай! Только не таким образом.
Они пошли к речке.
Ромашки и васильки качали своими венчиками при каждом дуновении ветра, полосатые шмели с жужжанием вились вокруг них.
Эдуард опустился на траву.
— Такого не было даже в Италии! — сказал он. — Буйство природы всегда поражало меня. Но здесь я понимаю, что и у скромности есть свои прелести.
Анна плела венок из цветов.