Дэнарт, развернув меня к себе лицом, мягко заставил положить голову к нему на плечо, подхватил под ягодицы и продолжил двигаться во мне сильными глубокими толчками, снова сводя с ума растущим напряжением.
В этот раз мы взорвались оба, и не помешало даже то, что эшарт вновь укусил меня в недавно оставленную им же метку. И боль лишь усилила эффект от удовольствия.
Закончив с меткой, Дэнарт опять уложил мое беспомощное тело на себя, откинулся на бортик и удовлетворенно прошуршал:
— Спи, родная! Нам рано вставать!
Но я же женщина! А какая женщина после секса спокойно уснет? Никакая!
— Это ужасно! — всхлипнула я.
Мой дракон напрягся и глухо пробормотал:
— Неужели все было так ужасно?
Потерлась щекой о его горячую мокрую грудь и поправилась:
— Нет, секс был умопомрачительным, но ведь мы знакомы всего ничего!
Эшарт облегченно выдохнул, чем невольно заставил меня улыбнуться.
— А что в этом плохого? Поверь, эшарт, выбравший женщину адаптера, укрепляет связь практически немедленно. И это никого не смущает.
— А что потом бывает?
— В каком смысле? — не понял дракон.
— Ну связались, спарились, а потом эшарт исчезнет по-тихому, чтобы за последствия не отвечать…
— Прости, Марьяна, я не уверен, что точно и правильно понимаю тебя. Куда исчезнет? И какие последствия должны пугать связанного эшарта?
— Просто сбежит! Потому что связь — это семья, дети, обязанности, обязательства и прочее, с этим связанное, — осторожно пояснила и в ожидании ответа даже губу прикусила.
— Не сбежит, Марьяна! А дети… эшарты своих детей любят и ценят.
— Почему ты так уверен, что не сбежит? — встрепенулась я.
Звук струящейся воды дарил спокойствие и умиротворение, спать хотелось все сильнее, но узнать, откуда такая уверенность у дракона — еще больше. Тем более, Дэнарт молчал, как мне кажется, слишком уж долго, снова вынудив меня нервничать.
— Виной тому наше зрение, — с тяжелым вздохом наконец ответил Дэнарт. — Встретив пару, мы расширяем спектр, но взамен приобретаем обязанности. За удовольствие видеть мир во всей красе нам тоже приходится платить своей свободой. После обретения пары начинается перенастройка зрения, и мы слепы. Ваша кровь завершает процесс и открывает нам новый взгляд на окружающий мир. К сожалению, этот процесс постоянный, и эшартам в течение всей жизни приходится обновлять связь вашей кровью, чтобы улучшать интенсивность восприятия спектра.
Мне в голову пришла пугающая мысль, которую я, тем не менее, озвучила:
— А что произойдет, если я умру?
Дэнарт крепко сжал меня в своих объятиях, дав понять — такая мысль его тоже пугает.