— Мои краски со временен поблекнут, а потам и вовсе пропадут вместе со зрением Полностью! А слепым ни один эшарт остаться не захочет! Лучше смерть, чем стать земляным червем.
А я, все еще не веря услышанному, потрясённо прошептала:
— А если эшарт получит парой ту, которую терпеть не сможет? Как тогда быть?
Дэнарт равнодушно пожал плечами и ответил:
— Такое редко случается. Эшарт любит своих детей и подобные сюрпризы не преподносит. А вообще, во время настройки мощный всплеск гормональный… эйфория…
— Что и крокодил в юбке красоткой покажется, да? — ехидно прокомментировала я.
— Крокодил — это кто? — осторожно спросил Дэн.
— А почти как ваш грох!
— Нет, настолько эйфория глаза нам не застит. Просто представь, что эта мрачная серая пещера вдруг станет сейчас яркой, разноцветной. Ты увидишь, как в ней играют лучи Эуя и Эша. Все блестит, переливается и такое, что дух захватывает.
— Почему-то, когда ты зрение обрел, укусив меня, я для тебя красоткой не стала. Взял, да и улетел… — с обидой вспомнила я.
Дэнарт тяжело вздохнул, еще крепче прижал к себе, а потом, поглаживая мою спину, ответил:
— Ты не сможешь понять, каково это… увидеть мир цветным. Ощутить нахлынувшую эйфорию и временно не потерять рассудок. В тот момент я находился под действием препарата рархов, а потом и прозрел. И огромный Эш с первыми рассветными лучами свел меня с ума… Меня буквально распирало от чувства свободы, желанна полета и невероятной красоты окружающего пейзажа. Сдержали лишь вбитые жизнью традиции: защитить свою женщину и спасти сородичей. В общем, в себя я пришел, когда искал способ вновь проникнуть на станцию. А по поводу тебя я был спокоен, считая, что ты в полной безопасности в эрховане. И естественно, спокойно дождешься моего возвращения. И представь, каково было мое удивление, когда тебя там не обнаружил.
Я хихикнула и не удержалась от вопроса:
— Ну и какой я показалась тебе? Когда ты подробно меня рассмотрел?
Дэнарт хмыкнул понятливо и проурчал игриво, но уверенно:
— Ты идеальна! Меня тогда твое состояние остановило — раненая, измученная и без сознания.
И так это было сказано, что я поверила безоговорочно. Учитывая, что подо мной вновь наливалась его плоть.
— Я спать хочу, устала сильно, — пожаловалась я, — а еще видишь, — (показала ему загипсованную руку), — глина от нашего купания совсем размокла…
— Спи, моя яркая звездочка! Как все встанут, наложим новый слой глины. И на руку, и все открытые участки тела замажем, чтобы не обгорели окончательно, — прошуршал дракон, поудобнее устраивая меня спать.