Понять старания пана Альберта было несложно. Пару лет назад, когда Якуб приезжал на рождество в виленский замок отца, пан Криштоф разъяснил сыну причины такого внимания Патковских. До того времени Якуб ещё весьма поверхностно вникал в события, происходящие на Родине. Что тут удивительного, ведь он отправился учиться ещё юношей. Позапрошлой же зимой, увидев перед собой молодого и умного человека — достойного продолжателя рода Войны, отец, как видно уже тогда держа в уме наследование своим отпрыском Мельника, доступно и убедительно объяснил Якубу непростую ситуацию в пределах Великого Княжества Литовского.
Находясь далеко от Родины, Война младший не особенно вникал в то, что оказывается, его страну просто раздирали на части Польша, Россия и их союзники. Множество лет по сути дела шла война. Те же, кто смог её разжечь, своими ежегодными заключениями вечного мира только доказывали своё нежелание установить здесь спокойную жизнь.
К этому смутному времени русский царь Василий ІІІ, Сигизмунд І — государь Великого Княжества Литовского и Польский король, заручились поддержкой соседних государств и начали старательно и методично переманивать каждый на свою сторону литовских князей.
Как только большинство из них разобралось, на чьей они стороне, дошло дело и до середнячков местной знати, к которым относился и вышеупомянутый отставной драгичинский служащий суда пан Патковский. Под ним было семейное имение Патковицы с небольшим селом.
Его знатный сосед, пан Криштоф Война пока ещё имел в себе силы не кланяться в пояс ни рассенам, ни полякам, хотя, справедливости ради стоит сказать, что его тётка была в родстве с Жигимонтом ІІ и некий польский крен в политических наклонностях пана Криштофа всё же имелся.
За таким сильным соседом дружественные ему Патковские, долго были неприкасаемы. С другой стороны, как говорил сам отец, пан Альберт тоже был ему выгоден.
Долго не появляясь в Мельнике, пан Криштоф мог без особого труда быть в курсе дел, происходящих в теперь уже отписанном сыну старом имении матери. В общем, до какого-то времени Война старший попросту прикрывал заботливым крылышком своего слабого соседа.
Но, то всё было раньше. Что-то около года назад ситуация с переманиванием знати в ту или иную сторону заметно обострилась. Количество и сила рассенской её части стала жёстко перетягивать чашу весов на свою сторону и с прошедшей весны хозяева ранее неприкасаемых земель уже не могли считать себя достаточно защищенными. Подавляющее количество шляхты жило на русских землях, имея литовское самосознание, разговаривая на польском языке и теряясь в сложном выборе между католическими священиникками и правоверными.