– Тролля? Какого тролля? – он непонимающе воззрился на меня.
– У Джоанны Троллоп. Писательницы, которая написала «Жену пастора». Еще сериал такой был. «Жена пастора». Она наверняка знает.
На губах его показалась хитрая улыбка.
– Блестяще, – сказал он, глядя на мою грудь. – Просто блестяще, мать твою. У кого есть номер Джоанны Троллоп?
Повисло долгое молчание.
– Э-э, вообще-то, у меня есть, – наконец сказала я, чувствуя, как со стороны юных неформалов на меня накатывают волны ненависти.
Когда планерка закончилась, я, чтобы прийти в себя, кинулась в туалет и там обнаружила Пачули, которая вместе с подружкой прихорашивалась у зеркала. На той было такое платье, что виднелись трусы и живот.
– Слушай, не слишком развратно, а? – спрашивала девица у Пачули. – Ну и лица были у этих коров за тридцать, когда они меня увидели… ой!
Девицы в ужасе глянули на меня, прикрыв руками рты.
– Мы это не про вас… – пробормотали они.
Боюсь, такого я не выдержу.
57 кг (огромное преимущество новой работы – нервное перенапряжение), алкоголь: 4 порц., сигареты: 10, калории: 1876, время, затраченное на воображаемые разговоры с Дэниелом: 24 мин (отлично), время, затраченное на повтор разговоров с мамой, чтобы хотя бы в воображении выйти победителем: 1 ч 34 мин.
11.30. Чем я думала, когда дала маме ключи от своей квартиры? Впервые за полтора месяца я начинала выходные без желания разрыдаться и бессмысленно уставиться в стену. Закончилась первая неделя на работе. Я уже начала было думать, что все как-нибудь поправится и, может, еще не факт, что меня съест овчарка, – и тут врывается мама со швейной машинкой в руках.
– Боже правый, чем это ты занимаешься? – протрещала она с порога.
Я с помощью шоколадки взвешивала сто граммов хлопьев себе на завтрак (просто гирьки для весов у меня в унциях, а подсчет калорий ведется в граммах).
– У меня новости, доченька! – Она принялась хлопать дверцами шкафчиков.
– Что такое? – я стояла перед ней в носках и пижаме и слюной пыталась оттереть тушь под глазами.
– Малькольм и Элейн решили отмечать рубиновую свадьбу в Лондоне, двадцать третьего, так что ты сможешь прийти и пообщаться с Марком!
– Не хочу я общаться с Марком, – сквозь зубы произнесла я.
– Но он такой умный, Кембридж закончил. Сделал состояние в Америке…
– Никуда я не пойду.
– Ну хватит, доченька, не начинай, – так она говорила со мной, когда мне было тринадцать. – Марк закончил ремонт дома в Холланд-Парк и устраивает праздник для родителей там. Шесть этажей. Обслуживание заказано специальной фирме… Что ты наденешь?