Александр бросил кинжал на пол.
— Сначала пусть она назовет других ведьм. — Он взял ее за плечи, заставляя смотреть себе в лицо. — Назовите нам еще имена.
Ее глаза остались пустыми.
Граф так и стоял позади него, отбрасывая тень на них обоих.
— Отвечай, или он заставит тебя заговорить.
Она уставилась в пол, потом подняла голову с таким видом, словно нашла клевер-четырехлистник.
— Хозяйка таверны. Да. Изобел Бойл.
— Глупая женщина, — встрял из-за плеча Александра Диксон. — Мы только-только наказали Джорджа Коммона за клевету против нее. Ее доброе имя восстановлено, и не смей пятнать его наговорами.
Между ее бровями, над воспаленными от отсутствия сна глазами, залегла глубокая складка.
— Барбара Кохран.
Против этого имени никто не возражал.
— Кто она? — спросил Александр.
— Жена одного из моих батраков, — сказал Оксборо.
— Добрая христианка, которая недавно разрешилась от бремени, — добавил Диксон. — Правда, и она, и младенчик еле выжили. Ты что, приглашала на роды Дьявола?
— Кто еще? — требовательно спросил граф. — Кто еще присутствовал на твоих оргиях с Сатаной?
— Еще? — В ее голосе зазвенела паника. — Никого там не было. Только Дьявол и я. — Ее веки дрогнули, и она уронила голову на грудь.
Александр встряхнул ее, взяв покрепче за плечи.
— Не отвлекайтесь. Все уже потеряно, поэтому назовите нам имена остальных и молитесь об искуплении своих грехов.
Она шмыгнула носом и утерлась рукавом.
— Я сказала все, чего вы хотели. Почему вы никак от меня не отстанете?
Все, чего вы хотели. Все ли?
— Вы сказали нам правду?
— Правду? — Он услышал в ее усталом голосе какую-то новую интонацию. — К чему спрашивать об этом сейчас?
Правдой будет то, что скажете вы — однажды сказала ему Маргрет.
Снаружи ударил гром. Дождь перешел в ливень, просачиваясь внутрь сквозь щели в крыше амбара.
— Имена! — взревел Оксборо, сотрясая потолочные балки. — Говори, кто еще, женщина!
В ее усталые глаза закралась какая-то хитринка. Или то был всего лишь блик от колеблющегося фонаря?
— Я не знаю. Сатана меняет наш облик, чтобы мы не узнавали друг друга при свете дня.
— Ничего подобного Сатана не делает, — немедленно вставил Диксон.
Она смерила его надменным взглядом.
— Вам-то почем знать? Ведьма здесь я, разве нет?
Александр отпустил ее.
— Ее словам нельзя доверять. Она уже не соображает, что говорит.
Граф подобрал с пола кинжал и подал ему.
— Найдите метку. Это освежит ее память.
— Нет! — взвизгнула она при виде кинжала. — Джиль, жена кузнеца. Она ведьма. Она была там!