- В первой дарданелльской экспедиции даже один фармацевт был ранен осколком. Не веришь? Ей-ей. Да, офицер с зеленой нашивкой, а был ранен.
- Это случайность. Я так и написал Мангусту; он служил в обозе и тоже был ранен, но грузовиком.
- Ну да, это так и есть. Ведь бомба может упасть на какой-нибудь бульвар в Париже, или в Бордо, или в Салониках.
- Да, да. Так вот, очень легко сказать: "Все подвергаются одинаковой опасности!" Погоди! С начала войны из нестроевых было убито только несколько человек по несчастной случайности, а вот из нас только несколько человек выжило по счастливой случайности. А это не одно и то же; ведь если помрешь, то надолго.
- Н-да, - сказал Тирет. - Но вы надоели с вашими историями об "уклонившихся". Раз против этого ничего нельзя поделать, не стоит и языком трепать. Это напоминает мне историю одного стражника в Шерей, где мы были месяц тому назад; он ходил по улицам и выискивал штатских, годных по возрасту к военной службе, и, как пес, вынюхивал окопавшихся. И вот он, останавливает толстую бабу, смотрит только на ее усы да как заорет: "Ты чего не на фронте?"
- А мне, - сказал Пепен, - наплевать на "уклонившихся" или "полууклонившихся": не стоит терять на них время, но терпеть не могу, когда они начинают хвастать. Я согласен с Вольпатом: пусть "устраиваются", ладно, дело житейское, - но чтобы потом они не говорили: "Я был на войне". Да вот, например, добровольцы...
- Смотря какие. Те, что пошли безоговорочно в пехоту, да, тут ничего не скажешь, перед ними можно только преклоняться, как все равно перед павшими на поле боя; а вот добровольцы, поступившие в учреждения или в разные там специальные войска, даже в тяжелую артиллерию, - эти действуют мне на нервы. Знаем мы их! Они как начнут любезничать в гостях и скажут: "Я пошел на войну добровольцем!" - "Ах, как это красиво! Вы по собственной воле пошли навстречу смерти!" - "Как же, маркиза, уж я таковский". Эх ты, брехун! Пускает пыль в глаза!
- Я, - знаю одного молодчика; он поступил добровольцем в авиационный парк. У него был красивый мундир; он с таким же успехом мог бы поступить в оперетку.
- Да, но тогда он не смог бы говорить:
"Полюбуйтесь, вот я каков: взгляните, перед вами доброволец!"
- Да что я говорю: "Он с таким же успехом мог бы поступить в оперетку!" Даже лучше было б, если б он туда поступил. По крайней мере, смешил бы публику, а так он только бесит.
- Раз воюешь, надо рисковать шкурой, правда, капрал?
- Да, - ответил Бертран. - Война - это смертельная опасность для всех, для всех, неприкосновенных нет. Значит, надо идти прямо вперед, а не притворяться, что идешь, нарядившись в щегольской мундир. А на необходимые работы в тылу надо назначать действительно слабых людей и настоящих стариков.