— Я вот принес, деда…
Похоже, старик не сразу услышал внука. Но потом протянул руку, и старческие пальцы вцепились в потертый рюкзак.
— Где ты его нашел?
— В твоей квартире.
Старик с нежностью провел ладонью по коже, ощупывая каждую трещинку и складочку.
— Я не видел его…
Фразу он так и не закончил.
— Тебе нехорошо, деда?
Крепко держа в руке рюкзак, старик сказал:
— Все будет хорошо. Я тебе обещаю…
Мальчик обнял дедушку и уткнулся лицом ему в плечо. Оба расплакались, и капли их слез, падая, смешивались.
— Я тоже тебе обещаю… Мы не уедем из леса, деда. Если деревья не хотят тебя отпускать, я никуда отсюда не уеду. Я останусь здесь, с тобой. Я о тебе позабочусь.
— Это я должен о тебе заботиться, малыш.
— Мы будем заботиться друг о друге, деда. Я обещал маме.
Мальчик свернулся калачиком на руках деда, словно мамина шаль в кресле-качалке в квартире старика, слушая, как стучит его сердце, ощущая тяжесть дедушкиных рук, его обнимающих.
Когда веки уже начали слипаться, в голову мальчика пришла неожиданная мысль, и он высказал ее вслух, хотя язык с трудом ворочался между покрытыми ссадинами губами:
— Деда, как ты узнал, где меня искать?
— Все деревья, — ответил старик уже на грани сна и яви. — Они показали мне путь.
* * *
По школе мальчик не скучал. Теперь у него были другие занятия.
За недели, что последовали за ночевкой в лесу, дед ежедневно преподавал внуку уроки лесного волшебства. Первым делом он попытался научить мальчика разжигать огонь. Они вместе собирали топливо и складывали его в кучки, из которых должно было возникнуть пламя. Все было так, как той ночью, затерянной в диком лесу, когда мальчику казалось, что огонь можно зажечь, произнеся соответствующее заклинание. Творить волшебство оказалось гораздо труднее. Для этого требовалось два кусочка дерева, один из них — с неглубокой выемкой посредине. Следовало крепко прижать веточку к этой выемке и быстро-быстро вращать ею между ладонями. Так рождалось волшебство огня, способное сберечь покой и тепло долгими зимними ночами.
Были и другие уроки. Например, дед ставил ловушки и силки. Он водил внука по всему лесу, начиная от озерца, по берегам которого рос хвощ, и заканчивая лесистой лощиной, и показывал ему длинную леску, привязанную к стволу дерева, с которой свешивалась пойманная в петлю закоченевшая белка, или проволочный силок, в котором запутались задние лапы зайца. Старик учил его стесывать топором кору со ствола черной сосны: из нее можно было делать муку и, поджарив лепешки на огне, хрустеть ими, словно печеньем. Дедушка показывал ему места на мелководье, где подо льдом спали, ожидая весны, лягушки. Их нужно было достать из-подо льда и отправить вариться в котел. Это было совсем не жестоко. Лягушки все равно спали, поэтому ничего не чувствовали. Им просто не суждено было проснуться. Старик водил внука к местам, где паслись зубры. У этих животных были ноги толщиной со ствол дерева, огромные горбы на холках и два страшных рога.