Сегодня внимание мальчика привлек не след зубра. Он с любопытством уставился на сапоги деда. Каблуки были массивными, а носки тупыми и оставляли выразительные следы на снегу.
— Деда, за тобой тоже тянется след!
Старик развернулся и взглянул на него.
— Меня тоже можно выследить, малыш.
— Выследить… — повторил за ним мальчик.
Старик мотнул головой, на мгновение став похожим на пса, стряхивающего с себя снег. Когда он заговорил, мальчику показалось, что ход его мыслей кардинально изменился, словно дедушка напрочь забыл то, о чем думал еще секунду назад. Быть может, впрочем, это ему только почудилось…
— Думаешь, ты сможешь найти меня по следу в лесу, если я туда отправлюсь?
— Не знаю, — ответил мальчик.
На самом деле слова дедушки вызвали в его душе приятную дрожь. Это уже походило на игру. Впрочем, мальчик не был уверен, что хочет остаться в лесу один. Лес обошелся с ним не особенно любезно в ту ночь, когда он пытался добраться до дома пешком, хотя мальчик очень старался быть вежливым по отношению к нему.
— Это несложно, малыш. Все, что тебе следует делать, — идти по следам моих каблуков.
И дед бросился прочь. Такой легкости в его движениях мальчик никогда прежде не замечал. Дед скрылся за деревом. На мгновение мальчик остался один. Потом из-за ствола появилось улыбающееся лицо.
— Ну как?
Мальчик с готовностью кивнул.
Игра состояла в том, чтобы закрыть лицо руками и считать. Мальчик досчитал до двадцати, до тридцати, открыл глаза, и в них ударил яркий зимний свет. Кругом высились дубы. О недавнем присутствии здесь деда говорили только отпечатки сапог на снегу.
Мальчик прислушался. Вдали слышался шум шагов. Где бы ни был дедушка, он точно прячется.
Порой отыскать отпечатки следов деда было довольно просто, особенно там, где снежный наст не был поврежден. В других местах встречались участки обледенелого лесного перегноя — впрочем, если приглядеться, и там были видны отпечатки дедушкиных сапог. Старик направился вот туда, перелез через упавшее дерево: вот содранный каблуками мох и раскрошенная гнилая древесина. После этого старик, петляя, направился в низину, мимо низкорослого сосняка, к прогалине, вокруг которой росли огромные дубы.
Здесь следы обрывались. Это было что-то немыслимое. Полог ветвей над этим местом размыкался, и снега на землю нападало больше, чем где-то еще. Пройти в этом месте, не оставив следов, было просто невозможно. Мальчик не знал, где ошибся, и подумал, что, возможно, вообще шел не по следу дедушки, а повелся на отметины, оставленные диким кабаном или рысью со слишком большими лапами.