Больше всего на свете капитан Уайер любил «наводить порядок». Он по очереди обходил комнаты, ко всему придирался и долго отчитывал прислугу. Аде уже несколько раз доставалось — то за неровно расставленные книги, то за скрипучую форточку. Каждый раз старик доводил ее до слез, и Эдна потом извинялась за него:
— Вы поймите, он уже немолодой человек и ему трудно сдерживать себя.
Сэм называл Уайера «тухлой рыбой»:
— Придет и испортит все, до чего дотронется! Вот мы выиграем в лотерею, и я найму бандитов, чтобы они его убили.
Капитан Уайер появился у дома Бернаров ровно в восемь утра. Звук тяжелых подкованных башмаков загремел в вестибюле, и в зеркале отразилась высокая прямая фигура в мундире цвета хаки. Бой номер два с поклоном принял трость и пробковый шлем капитана.
— Подавайте завтрак! — гаркнул Уайер. — И скажите хозяевам, чтобы спускались. Я жду.
В кухне поднялась испуганная суета, зазвенела посуда, и через десять минут в столовую внесли шипящую яичницу желтком вверх, две полоски бекона, жареные томаты и картофельные пирожки.
Когда Сэм подавал кофе, у него так тряслись руки, что на кофейнике дребезжала крышка.
— Пьяный, что ли? — недобро покосился на него Уайер. — Пошел вон, идиот!
Эдны все не было, и капитан призвал к себе Аду:
— Где хозяин?
Она старалась не встречаться взглядом со стариком.
— Мистер Бернар уехал в экспедицию в провинцию Гуандун. Он ищет там поставщиков редких сортов чая.
— Он что, совсем сбрендил? Какая экспедиция? С чего это вдруг?
— Я… я не знаю…
— Сукин сын… — пробормотал Уайер. — Ладно, я с ним еще разберусь. Что у вас нового?
Ада мучительно соображала, о чем бы рассказать капитану. Тот бросил на тарелку надкусанный пирожок.
— Вот дура! Стоит и не может промямлить двух слов!
Наконец в столовую вошла Эдна.
— А-а, явилась! — закричал капитан, протягивая ей сухую желтую руку.
Поздоровавшись с отцом, Эдна велела налить себе кофе.
— Мисс Маршалл, посмотрите, пожалуйста, почту уже принесли? — попросила она.
Когда Ада вернулась с письмами, других слуг в столовой не было. Она нерешительно остановилась на пороге, не зная, можно ли прерывать хозяев, которые, кажется, говорили о чем-то важном.
— Эти потаскухи разбивают крепкие британские семьи! — гремел капитан, выкатывая глаза. — На прошлой неделе в Шанхайском клубе собирали подписи, чтобы изгнать всех русских из Китая за низкую мораль.
— Тогда надо изгонять и мужей, — отозвалась Эдна. — Их мораль тоже не на высоте.
— А-а, так ты все знаешь?
— Знаю «что»?
— Что твой муженек сделал ребенка Нине Купиной и уехал, чтобы ты сама с этим разбиралась.