Итак, полновластным "хозяином" Кремля стал "наш дорогой Леонид Ильич". Первое время он вел себя относительно сдержанно, однако личную власть постоянно укреплял. Без серьезных политических оснований он удалил в отставку членов Политбюро Шелеста и Подгорного, многих иных. Назначал на высшие посты тоже людей ему лично симпатичных. Отметим лишь, что с Андроповым он хоть на охоту не ездил и не выпивал, но до самых восьмидесятых доверял ему полностью. Ну, о тех временах далее.
Культурные, так сказать, запросы Брежнева мало отличались от других его коллег по Политбюро. Вот Чурбанов перечисляет любимцев Брежнева в области культуры, перечень весьма выразительный: Иосиф Кобзон, Геннадий Хазанов, Алла Пугачева, Жванецкий и Петросян. Не правда ли, совсем не русско-патриотический крут "Молодой гвардии". Опять же, скажи мне, кто твой друг…
Тут самое время добавить еще один характерный штрих идеологического порядка. Люди среднего и старшего поколения хорошо помнят, как им приходилось "изучать" брежневские "воспоминания" ("Возрождение" и т. д.). В Москве ходили тогда разные слухи об истинном составителе (составителях) этих "мемуаров". Теперь всякие сомнения исчезли: подлинным автором был Анатолий Абрамович Аграновский, баловень столичной журналистики. Об этом позже открыто поведали его друзья (см. "Огонек", 1995, № 16). Почему Леонид Ильич остановил свой выбор именно на нем — загадка, но разгадка все же на поверхности: он входил в общий круг лиц, ему симпатичных.
Ну, убогость культурных запросов Генсека понятна и очевидна. Что еще можно сказать о поклоннике пошлых эстрадников или ничтожного литератора? Но отметим тут очевидный оттенок политический: явное пренебрежение к корневой русской культуре, а ведь рядом со Жванецким находились известные и талантливые русские писатели, певцы. Ясно, кто и в каком направлении влиял на мировоззрение Леонида Ильича.
А как же в этом смысле выглядел Юрий Владимирович?
Вот появились посмертные воспоминания А. Александрова-Агентова, а уж он-то знал, о чем пишет! Так вот как рисует симпатии шефа КГБ его доброжелательный сослуживец: "По моей просьбе он помог выходу на сцену прекрасной пьесы Шатрова "Так победим!.", вел "душеспасительные" беседы с Евтушенко и другими "полудиссидентами в мире литературы" ("Воскресенье", 1994, № 1). Рой Медведев уточняет, что Евтушенко имел номер городского телефона андроиовского кабинета и мог бы позвонить ему из любого уличного автомата за две тогдашние копейки. Есть и официальное подтверждение: летом 1983 года Евтушенко получил орден Трудового Красного Знамени. За какие, интересно, труды?.