Сайленс вздохнула и перевела взгляд на письмо.
– Да, это от Уильяма.
– Я рада за вас, мэм.
– А… да, – рассеянно пробормотала Сайленс.
Она читала письмо, ловко избегая проворных пальчиков Мэри Дарлинг. Уильям писал о «Зяблике» и о грузе, о шторме, который они выдержали, и о драке среди мичманов…
– Съешь лепешечку. – Нелл дала Мэри Дарлинг кусочек бисквитного теста.
…И о морской птице, которую подстрелили матросы, и о встрече с французским кораблем… Сайленс пробежала глазами страницы, исписанные четким почерком мужа, и остановилась наконец на его подписи – Уильям Х. Холлингбрук. Она уставилась пустым взглядом на лист, потом стала читать снова, медленнее и внимательнее, но не увидела в письме ни шуток, которые были понятны только им двоим, ни нежных слов, ни уверений о том, что он по ней скучает и хочет вернуться домой. Такое письмо могло быть написано кому угодно.
– Он здоров? – спросила Нелл.
– Да, здоров. – Сайленс подняла глаза и увидела, что Мэри Дарлинг запихивает в рот кусочки теста и старательно их жует. – Нет, милая, это нельзя есть – оно сырое.
Нелл улыбнулась, глядя на девочку.
– У нее не заболит живот? – забеспокоилась Сайленс.
Нелл пожала плечами:
– Это же мука и вода.
– Но…
Сайленс стала отлеплять пальчики малышки от теста. Мэри Дарлинг громко запротестовала.
Кто-то постучал во входную дверь.
– Я посмотрю, кто это? – спросила Нелл.
– Я сама. – Сайленс подхватила девочку и закружила ее. – Как ты думаешь, кто там? Король или королева? А может, просто мальчик-булочник?
Мэри Дарлинг захихикала и отвлеклась от лепешки из теста. Сайленс пристроила ребенка у себя на бедре и подошла к двери. Когда она выглянула, то увидела на ступеньке аккуратно завязанный платок.
Сайленс быстро оглядела улицу. Через дорогу женщина мыла лестницу, двое мужчин везли тачку, а несколько мальчишек спорили из-за собачонки. Никто, кажется, не обращал на нее внимания. Она нагнулась и подобрала платок. Узел она легко развязала даже одной рукой. Внутри платка оказалась пригоршня спелой малины.
– Га! – крикнула Мэри Дарлинг, схватила две ягодки и запихала в рот.
Под ягодами лежал кусочек бумаги – там было написано всего одно слово:
«Дарлинг».
Сайленс снова окинула взглядом улицу, а Мэри Дарлинг тем временем ухватила еще три ягоды. Странно, никто не смотрел в ее сторону, но тем не менее она чувствовала, что за ней наблюдают. Она вздрогнула и взялась за ручку двери.
С улицы послышался крик, из-за угла выбежали четверо мужчин – они тащили оборванную пожилую женщину, которая пыталась вырваться из их рук.
– Не трогайте меня, мерзавцы! – вопила она. – Я ничего такого не сделала, говорю вам.