Так настала очередная ночь.
Ведьма прошла по дому, погасила последние лучины, и тьма поглотила избу, куда не проникало ни искры света из внешней пустоты. Игнат укутался с головой, грея ноющие рубцы о теплый бок печки. Где-то рядом возилась уставшая за день Марьяна — ей, зрячей, пришлось немало потрудиться, чтобы надраить избу до блеска и приготовить целый противень пирогов, пока хозяйка дома варила в горшке свои снадобья.
— Со дня на день ожидаем гостей, — туманно сказала ведьма.
Тогда у Игната защемило сердце, но, сколько он не прислушивался — ничего пугающего не мог уловить в обычных ночных шорохах леса, да так и уснул, пригревшись под ватным одеялом. И никакие сны в эту ночь ему не снились.
В середине ночи его разбудил какой-то рокочущий звук, донесшийся с улицы. Приподнявшись на локте, Игнат встревожено вгляделся во мрак, но ничего не увидел.
— Что это, Игнат? — спросила следом проснувшаяся Марьяна.
— Не знаю, — шепотом ответил он. — Похоже на шум двигателя…
— Никак, Витольд приехал? — ахнула девушка.
И тихонько захлопала в ладоши от радости.
— Тихо…
Это сказала ведьма.
Игнат различил ее поднявшийся во весь рост напряженный силуэт и видел, как ведьма легко скользит по направлению к двери — ей, погруженной в вечную тьму, было безразлично, день ли на дворе, ночь ли. Тем временем звук снаружи нарастал, и вскоре превратился в глубокий раскатистый рев, от которого Игнату захотелось заткнуть уши и снова спрятаться под одеяло.
— Это же Витольд! — тем временем удивленно произнесла Марьяна. — Разве вы не слышите? У кого еще может быть такой мощный движок? Только у его внедорожника!
— Нет, — коротко сказала ведьма. — Это не он.
Звук оборвался на высокой визгливой ноте. Наступила тишина, такая, что Игнату казалось, будто удары его сердца отчетливо слышны в застывшем воздухе.
— Живее, — сказала вдруг ведьма не свойственным ей раньше командным тоном. — Лезьте на печь.
— Почему? — снова недоуменно начала Марьяна. — Там же…
— Живее!
Она почти кричала, и Игнат понял — дело серьезное. Помогая Марьяне взобраться на печь, он вдруг подумал, что вот так несколько лет назад прятались они со Званкой в погреб, и вспомнил низкий рокочущий звук, пришедший с воздуха, очень похожий на тот, что минуту назад прозвучал возле самого порога ведьминой избы.
Тем временем снаружи послышались шаги — кто-то медленно и неуклюже поднимался по лестнице. И сработанные на совесть дубовые ступени, выдержавшие вес двух мужчин, скрипели и прогибались, будто шедший по ним человек был тяжелее и Игната, и Витольда, и Марьяны вместе взятых.