Олег выразительно посмотрел на меня. Он не настаивал на вознаграждении, но и возражать не собирался. И еще его интересовала сумма премии.
— Три тысячи долларов… Будем считать, что это подъемные… Ты же устраиваешься ко мне на работу?
Он сказал «да», и я не мог отказать ему. Вдруг он обидится, вдруг его перемкнет, и он снова бесследно растворится в городе. Чтобы выследить и убить меня… А еще он мог расправиться со мной прямо сейчас. Может, я и умею драться, но против ножа в опытной руке шансов у меня нет…
— Я хочу быть у вас главным в охране, — внимательно глядя на меня, сказал Олег.
Я кивнул. И деньги Курдову нужны, и карьерный рост интересует. И ради этого он готов называть меня на «вы» даже с глазу на глаз.
— Будешь.
— Значит, теперь вы будете платить ментам?
— Всего пять процентов.
— Это много?
— Не очень. И воевать с ментами не надо.
— Есть менты, которые ведут себя как бандиты. Но даже с такими не надо воевать…
— И убивать тоже.
— Убивать никого нельзя. Но иногда можно. В случае крайней необходимости… Вы определяете необходимость, я изыскиваю возможности.
Курдов рассуждал здраво и разумно, в его глазах я не видел маниакальной одержимости, и все-таки было бы лучше, если бы он исчез из моей жизни…
Электрические провода на старых, покосившихся столбах, пыльная дорога между лесом и кукурузным полем. Кто бы мог подумать, что я буду так радоваться столь бесхитростным приметам цивилизации. И у Нефедова из груди вырвался вздох облегчения.
На дорогу мы выходили из последних сил. Нам даже не надо было напрягать мышцы, чтобы опуститься на землю, достаточно было просто расслабиться, отпустить себя.
Мы сели прямо в пыль. Меня клонило к земле, хотелось лечь прямо на дорогу, в прогретую солнцем пыль, но я все же удержался от этого. Вот если Нефедов ляжет, тогда и я…
Наша безумная гонка началась еще ночью, а сейчас уже вечер, солнце клонится к закату. Заплутали мы в лесу, но все-таки вышли на торную дорогу.
— Ну, спасибо тебе, Вадим Борисович, — сказал я, глядя в даль — не появится ли на дороге машина.
— Да пожалуйста. — Он тяжело дышал, но на землю не ложился.
— Что там дальше было?
Мы плутали по лесу весь день, часто делали привалы. И Нефедов рассказывал, рассказывал… Но его история еще далека была от завершения.
— Было.
Я ждал продолжения, но Нефедов молчал.
— Значит, не было у тебя войны с Михой?
— Нет.
— Это Шильник все… А Курдов его зачистил… — вслух подумал я.
— Я этого не говорил! — вскинулся Нефедов. — И вопросительно, с заметной тревогой во взгляде посмотрел на меня. Вдруг он на самом деле сболтнул лишнее?