Ночной цирк (Моргенштерн) - страница 209

Поставив пиалу, Селия смотрит, как поверхность чая мерно подрагивает в такт движению. Она пытается прикинуть, сколько времени требуется, чтобы остановить поезд, как долго ей удалось бы поддерживать биение собственного сердца. В конце концов она приходит к выводу, что это во многом будет зависеть от кинжала.

– Возможно, – говорит она.

– А если бы я уничтожила факел или его создателя, без сложностей тоже не обошлось бы, ведь так?

Селия кивает.

– Тебе предстоит хорошо потрудиться, если ты хочешь, чтобы цирк пережил завершение состязания, – говорит Тсукико.

– Ты предлагаешь мне помощь? – спрашивает Селия, в душе надеясь, что, раз у Тсукико и Марко был один учитель, она может помочь ей разобраться в его методике.

– Нет, – качает головой Тсукико.

Ее улыбка несколько смягчает категоричность ответа.

– Если тебе не удастся справиться самостоятельно, я вмешаюсь. Это длится уже слишком долго, но я дам тебе еще немного времени.

– Сколько? – спрашивает Селия.

Тсукико подносит пиалу к губам.

– Время мне неподвластно, – говорит она. – Посмотрим.

Небольшой отрезок неподвластного им обеим времени они проводят в молчаливой задумчивости. Поезд катится вдаль, шелковые шторы еле заметно колышутся, окутывая их имбирно-пряным ароматом.

– Что стало с твоим противником? – спрашивает Селия.

Отвечая на этот вопрос, Тсукико отводит взгляд.

– Она превратилась в столп пепла в поле под Киото, – говорит она. – Если только время и ветер еще не развеяли его.

В бегах

Конкорд и Бостон, 31 октября 1902 г.

Бейли долго ходит кругами по опустевшему полю, не в силах примириться с мыслью, что цирк уехал. Цирка больше нет. Не осталось даже намека, что еще несколько часов назад на этом месте что-то было, ни одной примятой травинки.

Он садится на землю, в отчаянии обхватив голову руками. С детских лет он приходил играть на это самое поле, но сейчас он чувствует себя здесь совершенно потерянным.

Поппет что-то говорила о поезде, вспоминает он.

Если поезд направляется далеко, он обязательно должен проехать через Бостон.

Мысль еще не успевает оформиться у него в голове, как он уже на ногах и во всю прыть мчится в сторону вокзала.

Сумка больно колотит его по спине, дыхание сбивается, но когда он прибегает на вокзал, там нет ни одного состава. А он так надеялся, что каким-то чудом цирковой поезд, в существовании которого он даже толком не уверен, будет его ждать.

Но вокзал пуст, на платформе видны только две одинокие фигуры, сидящие на скамейке. Мужчина и женщина в черных плащах.

Бейли не сразу замечает красные шарфы на шеях у обоих.