— Владимир Стоянович, вот уж сюрприз! — поднявшись с кресла, я шагнул навстречу гостю.
— Не очень приятный, я полагаю, — сухо кивнув, ответил князь. — Здравствуйте, Виталий Родионович. Позволите присесть?
— Разумеется. Прошу, — я обернулся к приоткрытой двери и окликнул своего секретаря. — Ратьша! Прими у его сиятельства пальто и шляпу. И подай кофию…
Отдав моментально влетевшему секретарю изрядно намокшую одежду, Телепнев опустился в удобное кресло и, уперев руки в подлокотники, сплел пальцы в замок перед собой. Приняв такое знакомое положение, князь вздохнул и воззрился на меня с внимательностью энтомолога увидевшего новый вид бабочки.
— Ваше сиятельство? — я уселся в кресло напротив, и вопросительно приподнял бровь. Но в этот момент, Ратьша вкатил в кабинет столик с кофием и коньяком, и князь только молча качнул головой.
Поняв, что его присутствие нежелательно, секретарь моментально сориентировался и, оставив столик между нами, тут же слинял. Ну и правильно, по чашкам, мы кофий и сами разольем, руки пока не отсохли.
Пока я звенел посудой, Телепнев молча дожидался, когда Ратьша закроет за собой дверь кабинета.
— Виталий Родионович, что же вы натворили, а? — тихо начал князь. Вот только за его мнимым спокойствием, я ясно ощущал целый океан неприязни. Пусть и не направленное конкретно на меня, это чувство, испытываемое моим бывшим начальником, изрядно выбивало из колеи и грозило вот-вот выплеснуться на головы окружающих вулканическим извержением.
— А, собственно, что случилось? — хм. Может, это такой спусковой крючок? Потому как, стоило мне спросить, и вулкан рванул!
— Что случилось? Что случилось?! Вы еще спрашиваете?! — чашки жалобно зазвенели, когда Телепнев, вскочив с кресла, случайно задел столик. Метаясь по кабинету, князь распалялся все больше и больше. — Письма… письма из Нордвик Дан! О чем вы думали, Виталий Родионович! Государю доложили, что вы получаете корреспонденцию из этой страны. Причем, получаете тайно! Вы забыли про Зарубежную Стражу?! Так вот, могу вас уверить, они о вас не забыли! Черт возьми, Старицкий… Каким местом… Пф-ф.
Князь замер на месте, прикрыл глаза и, несколько раз глубоко вздохнув, вновь взглянул на меня. Вот только теперь в его взгляде была только усталость и… жалость? Че-ерт.
— Наши друзья из Стражи до сих пор не могут простить ваших эскапад на Руяне… А вы дали им такой замечательный повод… Вот и получите. Государь направил меня к вам с инспекцией. И не дай бог, я что-то найду. Виталий Родионович, никакие наши прежние добрые отношения не помешают мне упрятать вас в подвалы канцелярии. Вы же помните наши подвалы?