Наши спасённые понемногу осваивались на новом месте. Улететь с базы, хоть Рийо и предлагала им доставку в любую систему, не пожелал никто. Странный чужак – его вид назывался каамаси, а самого его звали Икхилар Ан’Кди, язык сломаешь – в Корвальском университете преподавал нечто вроде курса международных отношений и сам когда-то служил дипломатом. Роль советника при администрации пришлась ему как раз впору. Тогруты-мужчины тоже не скучали. Навин Вайгу был профессором одной из технических кафедр, Дайрам Ги руководил производством в цеху громадного производственного комплекса. Их знания и опыт оказались тем самым, чего не хватало многим специалистам новорождённого АО «Индесел». Доходило до того, что техники сами разыскивали их по базе, когда требовалось сопрягать агрегаты незнакомых производителей с уже действующими. У пиратов оборудование было разномастное, ещё больше валялось без дела, а о стандартизации в этом мире задумывались далеко не всегда. Труднее всего пришлось Ашаре Зитани. Преподаватель-искусствовед, она не могла применить свои профессиональные знания в полном объёме, тем не менее, не улетела. Помогала Уолс в «Старом Горняке», изобретала фруктовые коктейли.
– Возится с колбами и кастрюлями, – вздыхал Навин Вайгу, – когда ей бы лекции читать! Особенно здесь.
– Думаете, тут многим будет интересно искусство? – я недоверчиво покачал головой.
– Да ведь смотря как подать материал! А Ашара по этой части большая мастерица. Вообще, Алекс, Вы, как человек культурный, не замечаете ли странных провалов в образовании у здешнего персонала?
– О чём Вы? Мне у вас всё в новинку, многого могу не видеть.
Навин объяснил, что на станции он наблюдает как бы два различных слоя общества. Администрация состоит из существ, образованных всесторонне, остальные же ограничены своей профессией и сферой развлечений. Они прекрасно знают эстрадных знаменитостей, но имя видного учёного или промышленника ставит их в тупик. «А кто это?» Пользуются приборами, а кто их изобрёл или, хотя бы, кто владеет компанией, производящей это устройство, не в курсе. Среди техников есть и более разносторонние особы, и, всё же, круг их интересов так или иначе примыкает к профессиональной области.
– Вообще, это не есть хорошо, – задумчиво сказал я. – Специалист, не видящий дальше своего носа, неспособен творчески мыслить. А это сдерживает развитие. Мы с этим уже столкнулись недавно. Профессор, как Вы считаете, можно ли устроить здесь что-нибудь вроде курсов ликбеза?
Вайгу непонимающе наклонил рогатую голову. Словиоски он, в отличие от Ги и Зитани, владел, но земной терминологии знать не мог, а я опять об этом позабыл. Пришлось расшифровывать сложносокращённое слово и объяснять, что в данном случае речь может идти о расширении знаний хотя бы в областях, смежных с профессиональными. Для начала. Спустя какое-то время и о других науках можно подумать. Профессор просиял и обещал заняться этим вопросом. Я же как бы между прочим упомянул о ликбезе Рийо. Панторанка заинтересовалась не меньше и сказала, что на помощь администрации мы можем рассчитывать.