– Вообще-то я наконец понял, что мне пора встретиться с этими сплетнями лицом к лицу. И Джеку тоже пора узнать правду, тогда мы сможем все обсудить и вместе двинуться дальше.
– Но…
Кларк глубоко вдохнул. Ему совершенно не хотелось этого говорить, но иного выхода просто не было. Иначе она никогда до конца не поймет, почему им не быть вместе.
– Но с Тиган все далеко не так просто.
– Возможно, но я верю, что ты обязательно со всем справишься. Когда и она услышит эти слухи, ей ты тоже сможешь все объяснить.
Подойдя к столу, Кларк задумчиво погладил столешницу.
– У тебя просто нет выбора. От этой болезни есть лишь одно лекарство. Честность, – сказала Алтея.
Он пристально посмотрел ей прямо в глаза.
– Что? – спросила она.
– Мне оно не подходит.
Алтея уставилась на него в немом изумлении, и Кларк буквально видел, как в ее голове вращаются шестеренки, пока она пытается осмыслить его слова.
– Но иного пути нет.
– Ну конечно, я должен просто взять и сказать, что она мне не дочь.
Алтея шумно вдохнула.
– Но с чего тебе это говорить? – Несколько секунд она удивленно его разглядывала, а потом резко выдохнула: – Бог ты мой! Так дело не в слухах, дело в тебе! Ты сам не веришь, что она твоя?
– Не верю.
Алтея рухнула на диван.
– Но не можешь же ты верить каким-то глупым сплетням!
Кларк задумчиво повертел в пальцах лежавшую на столе ручку.
– С тех пор как Джеку исполнилось два года, мы пытались сделать нового ребенка. Но у нас ничего не получалось.
– Это еще ничего не значит! Раз ты зачал Джека, значит, ты не стерилен.
– Мы почти не спали друг с другом.
Алтея крепко зажмурилась.
– После смерти Кэрол я еще долго ждал, что к нам вломится Брис и потребует встречи с Тиган и анализа ДНК. Но он так и не пришел.
– Вот и замечательно!
Кларк лишь головой покачал:
– Ничего замечательного в этом нет. Вместо этого он ушел из моей фирмы, оплакивая женщину, которую искренне считал любовью всей своей жизни. А пару лет назад он женился, и теперь у него уже двое детей. А за Тиган он так и не пришел.
– Хочешь сказать, что она ему не нужна?
– Я хочу сказать, что не знаю, о чем он думает, но если он когда-нибудь заподозрит, чья она на самом деле, то обязательно ее заберет.
Алтея чувствовала, как ее сердце до краев наполняет жалость.
– Зачем ты сам себя пытаешь?
– А что мне еще остается? Я же боюсь не только за себя, но и за Тиган. Даже если он никогда за ней и не придет, она все равно имеет право все знать.
– Но ты же и сам толком ничего не знаешь. Вы же с женой иногда занимались любовью и…
– Еще реже.
– Но ты все равно можешь быть ее настоящим отцом.