С июня 1941 года я летал с другим летчиком, человеком иного характера, но по смелости и умению водить самолет [102] ничуть не уступающим моему первому командиру.
Судьба экипажей дальних бомбардировщиков, наша судьба, во многом была предопределена тем, что в марте 1942 года создалось новое авиационное объединение - авиация дальнего действия (АДД) как средство Верховного Главнокомандования. Командующим АДД был назначен командир дивизии, генерал Александр Евгеньевич Голованов{4}.
До образования АДД, особенно в первые месяцы войны, полки дальнебомбардировочной авиации, объединенные в авиационные дивизии и корпусы, в оперативном отношении подчинялись командующим ВВС фронтов. Такое подчинение нужно было, очевидно, потому, что большинство заданий мы выполняли в интересах наземных войск. Созданному перед самой войной, в мае 1941 года, при Главном штабе ВВС управлению ДБА в этих условиях было трудно руководить авиационными частями. Поэтому Ставка Верховного Главнокомандования разрешила использовать соединения дальних бомбардировщиков непосредственно командующим ВВС фронтов. Так, наш первый военный 220-й полк в первые месяцы войны находился в оперативном подчинении ВВС Юго-Западного фронта, и дальние бомбардировщики в то тяжелое время использовались, главным образом, как фронтовые, ближние бомбардировщики.
С образованием же авиации дальнего действия помимо ударов в интересах наземных войск мы вновь начали выполнять основную свою задачу - бомбить военные объекты в тылу противника. На основе боевого опыта предшествующих, хотя и немногочисленных, таких полетов разработали тактику массированных ударов по вражеским объектам преимущественно с их предварительным освещением и обозначением. Для этого основные самолеты АДД - ДБ-3ф были дооборудованы для действия ночью, увеличена дальность их полета.
В авиацию дальнего действия вошел и наш теперешний, 98-й авиационный полк, в котором к этому времени было около двух десятков экипажей, подготовленных к полетам в глубокий тыл противника.
Цель - в перекрестье прицела
В июне 1942 года в полку появились первые герои. Указом Президиума Верховного Совета СССР звания Героя [103] Советского Союза были удостоены командир звена, командир моего самолета Степан Харченко и командир звена 2-й эскадрильи Юрий Петелин. Высокие награды глубоко взволновали весь личный состав полка. Особенно радовался я за своего командира. В оценке его боевой деятельности была оценка и моей работы. Но никаких митингов, торжеств по этому поводу не проводится. Время горячее. Полк, не прекращая боевых вылетов - помощи наземным войскам, - готовится к перебазированию на оперативный аэродром для выполнения особо важного задания.