— Патрова? В первый раз слышу эту фамилию.
Таня находилась в Старогорске без году неделю — разумеется, о местных «героях» она еще не наслышана. Хотя…
— О Каравчуке знаешь, что он «крутится в околокриминальных круга», а о Патровой нет? — насторожился он.
Таня ответила вполне правдоподобно:
— Просто у Каравчука я снимала квартиру — не могла же не навести о нем справки. А что эта Патрова тоже… вроде Каравчука?
Максим уже понадеялся, что очередной допрос Шороховой и правда что — то прояснит, но после первого же ее ответа стало ясно, что ловить здесь нечего. О Каравчуке она знала только то, что Максим уже слышал о нем в баре «У Витюхи», вероятно и Шорохова подцепила эти сведения оттуда же. В Москве они ни разу не пересекались, даже не смотря на то, что их работодатели активно сотрудничали, а о Патровой Таня и вовсе ничего не слышала. Нет, Ваганов, конечно, следователь толковый, но порой перегибает палку: Таня вполне нормальная девчонка. Даже, несмотря на свои стервозные замашки, нормальная. Единственная ее проблема — что сняла квартиру не у того человека. И чего Ваганов к ней прицепился?
Говорили они в Максимовом кабинете, только на этот раз допрос больше напоминал дружеские посиделки: Таня явилась со свежекупленной пиццей, так что Максим угощал ее чаем, а кабинет на время превратился в проходной двор. Во-первых, коллеги не прочь были угоститься халявной пиццей, а во-вторых, поглазеть на «ту самую свидетельницу». Слухи о том, что эта столичная штучка бегает за их Фединым, разошлись уже по всему РУВД.
— А при чем вообще здесь эта Патрова? — спросила Таня. Она тоже чувствовала себя куда свободней, чем в прошлый раз. — Новая фигурантка?
— Что ты меня пытаешь! — вспылил Максим. — Я не имею право тебе этого говорить.
— Вообще-то да, — согласилась Таня и тут же начала рассуждать, — Каравчук был убит двадцатого, а Нуйков, как ты сам мне сказал, приблизительно спустя двое суток на том же участке трассы. Так что он делал целых два дня в Старогорске? Если Каравчука Нуйков убил сам, по собственной инициативе или по заказу, то должен был еще девятнадцатого уехать как можно дальше. Затеряться. Если он стал случайным свидетелем, то должен был либо сразу пойти в полицию, либо опять же затеряться. Или его в этот лесок привезли уже мертвым?
— Не, точно определили, что пришел Нуйков туда сам. Точнее его привели, — и, помявшись, добавил, — я тебе не сказал: у него в крови была лошадиная доза алкоголя, да еще наркотиками увлекался. В общем — полный набор.
— Я только не пойму, почему он не уехал подальше от Старогорска сразу после смерти Каравчука? В любом случае, он был либо свидетелем, либо убийцей — должен был сбежать.